Быть ведьмой - дар или проклятие

Быть ведьмой - дар или проклятие

Обычная среднестатистическая девушка, живущая в современном мегаполисе, отличалась четкой жизненной позицией. Она была атеисткой, до мозга костей, и вот бы ей жить счастливо и готовиться к свадьбе, так нет же… Любимая бабуля решила отойти в мир иной, предварительно наградив внученьку даром. Только наша Маргарита в ведьм не верила и в силы их то же. А меж тем жизнь девушки покатилась с горы и прямёхонько вниз. Но на пути Риты нарисовался самый настоящий вампир. Только вот девушка была уверена, что кровопийц, так же, как и ведьм, не существует. Дело за малым, убедить в этом вампира…

На "Призрачных мирах"

Доступные форматы: FB2, ePub, PDF, MOBI, AZW3

 

Быть ведьмой - дар или проклятие.

 

Я - ведьма!

Нет, ты – «дуроть»…

 

Покрышки автомобиля класса LUX шуршали по недавно положенному асфальту. Машина плавно катилась по дороге, с одной стороны простирался густой осенний лес, с другой - чернело поле. Молодая девушка, сидящая на заднем сидении, повернула голову вправо. Откинув челку с глаз, едва заметно улыбнулась мужчине. Он приложил палец к губам, призывал к тишине. Раздались гудки вызова мобильной связи, после чего брюнет стал задавать вопросы невидимому собеседнику, отвернувшись к окну.

Девушка, хмыкнув, повернула голову налево. В окне автомобиля мелькали голые серые деревья, сквозь которые проглядывали массивные елки. По стеклу прокатилась капля, затем вторая, третья… Казалось, небо плачет. Осень. Серая, сырая, такая, какой она должная быть в последних числах октября.

Автомобиль замедлил ход и очень плавно свернул налево, углубляясь в мрачный лес. Девушка опять перевела взгляд на мужчину, но он все еще разговаривал по телефону. В лобовое стекло она увидела высокую металлическую ограду.

- Дрон? - обратилась она к водителю.

Мужчина чуть приподнял бровь и посмотрел в зеркало заднего вида, где увидел вопросительный взгляд девушки.

- Уже прибыли, - едва слышно отозвался водитель, переводя взгляд на ворота, что преградили машине путь.

Мужчина остановил автомобиль и, открыв дверь, впустил в теплый салон холодный воздух. Девушка зябко передернула плечами. Она, не отрывая взора, наблюдала затем, как Дрон подошел к кутающемуся в плащ мужичонке и, сунув тому синюю купюру, кивком головы указал на ворота. Мужик трясущимися руками спрятал деньги и поспешил открыть железную преграду.

Дрон вернулся в машину и дождавшись, когда обе резные створки распахнутся, направил авто по узкой дороге. Через несколько метров, с обеих сторон промелькнули первые кресты, венчающие надгробия. Девушка улыбнулась краешком губ, рассматривая старое, а оттого безумно дорогое кладбище. Доехав до новых захоронений, автомобиль остановился. Водитель выключил двигатель.

Девушка всматривалась в тропинку, начинающуюся около ее двери и уходящую вглубь. Там, через несколько надгробий, у одной из могил на коленях стоял мужчина. Сгорбившись, он раскачивался взад и вперед, постоянно что-то нашептывая. Расслышать звуки было невозможно. Девушка, не мигая, наблюдала за мужчиной.

Она узнала его, но никаких эмоций в ней это не пробудило. Мужчина, будто почувствовав взгляд девушки, обернулся. Шатенка отшатнулась. Молодое и когда-то привлекательное лицо парня стало серым и осунувшимся. На лбу появилась глубокая морщина, а сквозь каштановые волосы четко просвечивали широкие пряди седых волос. Приложив руку к губам, девушка пораженно рассматривала мужчину, осознавая, что он не видит ее, ведь тонировка стекла не позволяла рассмотреть пассажиров дорогого автомобиля. Мужчина еще раз склонился к плите, будто целуя ее, после чего встал, отряхнул колени и направился в противоположную от машины сторону. Туда, где был пеший выход с кладбища.

Стоило только посетителю скрыться за деревянными крестами свежих могил, как Дрон вышел из машины и, подойдя к пассажирской двери, распахнул ее. Девушка, воспользовавшись поданной ладонью, выбралась из машины. Небрежным жестом она остановила водителя, который попытался раскрыть над ней зонт.

- Я сама, - произнесла она, делая шаг к тропинке.

Расправив плечи, брюнетка подняла воротник дорогого, сшитого на заказ, кожаного пальто. Она направилась к черной плите, около которой еще несколько минут назад был знакомый ей мужчина. Мелкий моросящий дождик покрывал ровным слоем влаги лицо и густые темно-каштановые волосы девушки, но она не обращала на это внимание. Медленно, шаг за шагом, девушка приближалась к прямоугольному обелиску из черного мрамора. Замерев перед камнем, она прочла надпись. Имя, фамилия, дата рождения и дата смерти. Губы девушки дрогнули в подобии улыбки.

Она опустилась на корточки и, уперевшись коленями в край надгробной плиты, провела рукой по влажной от моросящего дождя поверхности. Белые узкие пальцы с короткими, цвета засохшей крови, ноготками диссонировали с черным гладким камнем. Девушка вдохнула полной грудью, прикрыла глаза и медленно выпустила воздух сквозь стиснутые зубы. Перед глазами, словно калейдоскоп, замелькали картинки…

 

Глава первая. Хочешь рассмешить Всевышнего, расскажи ему о своих планах.

 

- Рита?! – раздался мужской голос из кухни.

Я вздрогнула и вместо ровненькой черненькой стрелочки над левым глазом имела возможность лицезреть уродливую кляксу.

- Да! – сквозь зубы прорычала я.

- Ты скоро? – Стас не унимался.

Парень задавал один и тот же вопрос на протяжении получаса. Я прекрасно понимала, что мы катастрофически опаздывали, хотя кто приходит на вечеринку вовремя? Правильно – никто. Именно поэтому, пропитав ватный тампон тоником для снятия макияжа, я медленно стирала тот колбас, что устроила на собственном глазу.

Я, Маргарита Громова, двадцати трех лет отроду, полгода назад окончила институт и по большому блату устроилась в одну из самых престижных компаний нашего города. Я работала личным помощником финансового директора «ГрибасГрупп». А блат мне устроил мой молодой человек, с недавних пор еще и жених, Станислав Ветров. Да-да, Гром и Ветер, нас так и называли – гремучая смесь.

Отец Стаса был совладельцем данной компании и считал, что мне, как будущему члену их семьи, не помешает вникать в суть семейного бизнеса. Против я не была, хотя меня никто и не спрашивал.

Сегодня канун Православного Рождества. Отпрыски небедных семей нашего города, которые, разумеется, дружили, решили отпраздновать данное событие в престижном ресторане. И вот именно на это мероприятие мы со Стасом и опаздывали. Сколько бы ни пытался мой жених вызвать во сне стыд и совесть, я стоически запрятывала их поглубже и продолжала наводить марафет на своем распрекрасном лице, стоя в ванной комнате.

- Рит, телефон! – раздался раздраженный голос Стаса.

На его счастье с макияжем я закончила. Ну а то, что хвостик на голове получился чуть кривоват, так это даже ничего. Стильно.

- Ритка! Сними трубку, надоело уже! – рявкнул парень.

Подскочив на месте и мысленно помянув всех его родственников до третьего колена, я кинулась в коридор. Мобильник и правда трезвонил и, судя по мигающему дисплею, уже не в первый раз. Активировав вызов, я выдохнула:

- Слушаю.

- Марго, - раздался приглушенный голос моей бабушки, и сердце тут же предательски сжалось. - Маргоша, мне плохо… Срочно приезжай…

На этом связь оборвалась, а я с повлажневшими глазами стояла и смотрела на приближающего ко мне Стаса.

- Рит?! Что случилось? – обеспокоенно спросил жених, подходя ближе и обнимая меня за плечи.

- Бабушка… - прошептала я. – Стас, ей плохо… Мне надо туда…

Едва ворочая языком, я говорила что-то еще, но в ушах стоял лишь голос моей бабули. Дело в том, что в детстве я практически жила у нее. Она занималась моим воспитанием, она заботилась обо мне. Но когда мне исполнилось двенадцать лет, моя мама решила, что влияние бабушки на меня слишком большое и строго-настрого запретила мне любое общение с родственницей. В семнадцать я окончила школу и поступила в институт, тут-то влияние мамули сначала ограничилось, а затем и просто исчезло.

Однако дальше двух встреч в год и пары телефонных разговоров, общение с бабушкой не увеличилось. Не то чтобы я была слишком занята, скорее бабуля не жаждала меня видеть. В таких обстоятельствах этот звонок был более чем странным.

- Стас, мне надо к ней, - выпалила я, поднимая на жениха взгляд, полный слез. – Просто так она бы не позвонила. Я ненадолго. Заскочу к ней и сразу в ресторан.

- Хорошо, - согласился парень.

Вот только поджатая нижняя губа свидетельствовала о том, что он крайне недоволен моим решением.

- Стас, пойми, если с ней что-то случится, я себе никогда не прощу, - я попыталась разжалобить любимого.

- Рит, я все понимаю, - сказал он, отходя от меня и прислонившись к дверному косяку, сложил руки на груди. – Езжай. Возьми такси, я буду ждать тебя в ресторане. Рит…

- А? – я уже натягивала сапоги, параллельно закидывая в сумку кошелек и кучу всяких мелочей, от ключей от дома, до зарядки к телефону.

- Рита, я буду ждать тебя… До последнего… Надеюсь, ты понимаешь?

- Я понимаю, дорогой, и я приеду.

Подойдя к Стасу, я погладила его щеку чуть дрогнувшими пальцами, после чего встала на цыпочки и поцеловала сурово сжатые губы. Парень хмыкнул и, притянув меня к себе, подарил глубокий страстный поцелуй. Улыбнувшись, отстранилась и, кинув прощальный взгляд, выскочила на лестницу.

 

***

 

Всю дорогу в такси я нервно теребила замок на сумке, рискуя сломать его в любой момент. Машина затормозила у знакомого подъезда и, сунув водителю приличную купюру, я не стала ждать сдачи, а понеслась к бабушке.

На нервное тыканье пальчиками в дверной звонок никто не отреагировал. В попытке заломить руки от безысходности, я облокотилась на дверную ручку и ввалилась в коридор, не удержавшись. Оказывается, входная дверь была не заперта. Встав, отряхнув колени, я закрыла дверь, стянула верхнюю одежду и сапоги, после чего повернулась в сторону погруженной во мрак комнаты.

- Ба… - тихо позвала я. – Бабуль?!

- Марго? – раздался приглушенный голос из глубины помещения.

- Бабушка! – глотая слезы, я кинулась на голос.

Бледная, с полуприкрытыми глазами, она лежала на разобранном диване под простыней. Седые волосы, разбросанные по подушке, создавали белый ореол. Одного взгляда хватило, чтобы понять – все плохо.

- Ба? Ты вызвала скорую? – кинувшись к кровати, я схватила бабулю за едва теплую морщинистую руку.

- Да, дорогая, вызвала, - отозвалась старушка, распахивая нереально зеленые глаза.

Казалось, во мраке комнаты они светились потусторонним светом. Я, было, дернулась к окну, чтобы раздвинуть шторы, но бабушка перехватила мое запястье. Неожиданно сильно ее пальцы сжались, заставляя меня вернуться к кровати.

- Бабуль, что случилось? – спросила я.

- Время пришло, Маргоша, время принимать дар.

- Бабуль, какой дар? У тебя бред? Хочешь, я позвоню Таисии Викторовне, она сделает тебе капельницу и все будет хорошо, - я постаралась достучаться до сознания старушки.

- Нет! – резко ответила бабушка. После чего отпустила мою руку и, махнув в сторону стула, продолжила: - Придвинь его и сядь. У нас мало времени.

Говорят, с больными, старыми и сумасшедшими спорить нельзя. Из трех пунктов двум бабушка определенно соответствовала. А потому, взяв стул и поставив его около кровати, я уселась, мысленно взывая к высшим силам, если такие существуют, чтобы в третью, сумасшедшую стадию моя бабуля впала не сейчас.

- Зря ерничаешь, - сказала бабушка. – Поверь, совсем скоро тебе будет не до шуток.

- Бабуль, какие шутки? Ты бы себя в зеркало видела! В гроб краше кладут, - ляпнула я и тут же зажала рот рукой.

Вот кто меня за язык тянул?

- Не скажи, - усмехнулась бабуля. – Как раз в таком виде туда и являются. Вот смотри, я вся в чистом, да и сама помылась, так что… Считай, готова.

- Ба… - простонала я. – Ты еще всех нас переживешь.

- Вот уж нет! Я и так живу столько, что страшно цифру вслух произнести.

- Да ладно, тебе всего-то восемьдесят лет!

- Милая моя, это по документам мне столько. Я их уже не первый раз меняю. Марго… Мне на самом деле четыреста тридцать лет, я еще двести лет назад должна была помереть, но никто дар забирать не хотел. А коль нет наследников – живи!

- Ба… - прошептала я.

Все… Вот оно, старческое помешательство. И что мне с сумасшедшей делать?

- А ничего тебе со мной делать не надо, - произнесла бабуля, и я чуть не упала со стула.

Судите сами, мысли-то в голове, а отвечает-то бабушка так, будто произношу я их вслух.

- Ничего странного. Все ведьмы мысли читать умеют. Ленятся, конечно, но умеют!

- Ты ведьма? – с недоверием уточнила я.

- Да, ведьма. И ты будешь ведьмой.

- Не буду, - тут же отмахнулась я.

- Будешь, никуда ты не денешься. Пока дар не примешь, из комнаты этой не выйдешь, и в квартиру эту никто не войдет. Так что примешь… - усмехнулась бабуля и прикрыла глаза.

Я сидела и мысленно переваривала информацию. Понятно, что все это полный бред. Я атеистка до мозга костей. Я не верю в Бога, потому что не верю, я далека от иных вероисповеданий. Я не верю в ведьм, чертей, русалок, домовых и всю эту гоп-компанию. В моих жизненных устоях есть только то, что я вижу, слышу и могу пощупать. Магию видно? Нет? Тогда не засоряйте мой мозг излишней информацией.

Ведьма… Бред, я никогда не видела, чтобы моя бабуля летала на метле, варила зелья, или целовалась с козлом. Хотя… ну может и были в ее жизни не слишком достойные мужчины, но вот чтобы с рогами, копытами, хвостом… Нет, таких не припомню. Так что…

- Бабуль, мне ехать к Стасу надо, так что давай по-быстренькому. Я принимаю твой дар. Ты вызываешь врача, а завтра я тебя навещу. Договорились? – выдала я.

- Договорились… - улыбнулась бабуля, а у меня закралось нехорошее предчувствие.

Бабушка приподнялась, села и протянула обе руки ко мне. Схватив за запястье, она дернула меня на кровать. Инстинктивно пересела, обеспокоенно смотря на нее. Вынув из-под подушки узкий маленький ножик, бабушка быстренько порезала себе ладонь левой руки и, дождавшись, когда выступит первая кровь, слизнула ее языком.

Меня слегка замутило. Зажмурившись, я отвернулась, а через мгновение возмущенно вскрикнула. Моя левая ладонь окрасилась в красный цвет. Из неглубокой ранки сочилась алая жидкость.

- Пробуй! - рявкнула бабушка, и я тут же слизнула кровь.

Все говорят, что кровь соленая, но моя была сладкой. Я удивленно посмотрела на бабушку, но та лишь лукаво улыбалась. А потом, соединив наши руки, стала петь.

Я знала русский, английский, испанский и чуть-чуть французский. Ни к одной группе знакомых мне языков эти звуки не относились. Песня то набирала обороты и звучала громче, то становилась тише, едва различимой. С каждым новым звуком мне становилось все хуже и хуже. А потом боль в висках стала невыносимой и, судорожно вдохнув, я провалилась в темноту.

 

***

 

Из бессознательного состояния вывел резкий запах нашатыря, который я имела неосторожность вдохнуть полной грудью.

- Девушка? – обеспокоенный мужской голос ворвался в мое затуманенное сознание.

Я закашлялась и попыталась отпихнуть его руку от моего несчастного носа. Разлепить глаза почему-то не получалось.

- Что со мной? – еле ворочая языком, прошептала я.

Говорить было тяжело, а глотать больно, внутри горла будто наждачной бумагой провели. Я продолжала судорожно давиться кашлем, согнувшись пополам. После нескольких попыток удалось распахнуть глаза, но по ним тут же резанул свет от фонарика, которым тыкал в меня мужчина. Обведя безумным взглядом помещение, я застыла. Зрелище, которое открылось, повергло меня в шок. Два мужика в синих комбинезонах запихивали мою бабулю в черный мешок.

- Эй! – крикнула я.

Попыталась кинуться на колени перед кроватью, но меня удержали крепкие мужские руки.

- Девушка, успокойтесь! Она мертва и уже давно… Мы два часа пытались взломать вашу дверь. Никогда такого не было. Мы звонили, стучали… - объяснял молодой человек в белом халате, удерживающий меня на стуле. – Пока вызвали слесаря, пока пришел полицейский, пока вошли… Она уже остыть успела! А еще вы тут, без сознания…

Я невидящим взглядом уставилась в одну точку. Сознание ускользало, подсовывая обрывки. Одно понимала совершенно точно, бабушки больше нет. Она умерла… Умерла!

Слеза скатилась по моей щеке, норовя заползти под подбородок. За ней последовала вторая. Я сморгнула, не замечая, как по другой щеке пролегла влажная симметричная дорожка. Еще один взмах ресницами и глупая, но яркая мысль: «черт, тушь у меня не водостойкая». И все! Слезы полились ручьями.

Я тихо всхлипывала, продолжая смотреть на действия санитаров. Молния на мешке защелкнулась, отгораживая от меня белое старческое морщинистое лицо когда-то живого и, как оказалось, очень дорогого для меня человека. После чего мужчины ухватились за края мешка и поволокли его в коридор.

- Эй! – крикнула я, порываясь встать. – Осторожнее!

- Ей уже все равно, - произнес тот, кто шел первым. – О себе подумай.

При этом он обернулся и кинул на меня прищуренный взгляд. Вздрогнув, я вжалась в стул, крепко обнимая себя за плечи.

- Девушка, ее отвезут в морг, - меж тем говорил врач. - Я все понимаю, тут вопросов нет. Бабуля - божий одуванчик, умерла от старости.

- Бред, она была полна сил, - отрешенно произнесла я.

- Хотите инициировать вскрытие? – удивленно переспросил мужчина.

- Нет, - для убедительности еще и головой покачал. – Смысла нет.

- Вот и я о том же. Через пару дней будут готовы документы, и можете хоронить. Вы как, закапывать или сжигать? – уточнил он, садясь на кровать передо мной и доставая из синей папки какие-то бланки.

- Простите что? – переспросила я.

- С трупом что делать будете? Сжигать или закапывать?

- Не знаю, - отозвалась я.

- Тогда лучше сжигать. Урну проще прикопать. У вас есть захороненные родственники?

- Не знаю.

- Странная вы, - при этом он кинул на меня такой взгляд, что на долю секунды я и правда посчитала себя странной.

- Да отстаньте вы от меня! – крикнула я и подскакивая со стула и кидаясь в сторону ванной.

Холодная вода и истерика помогли очистить мозг от ненужных мыслей. Через полчаса я выползла в коридор и застыла у двери в комнату.

- Успокоились? – участливо спросил врач.

Я, кинув на него взгляд и мысленно пожелав пару дней поноса, кивнула.

- Ну и хорошо. Могли бы попросить, я бы вам успокоительный укольчик вколол. Чего истерить-то, почем зря? Нервные клетки, они такие – не восстанавливаются.

- Ага, - отозвалась я.

- Вот документы, - он протянул несколько исписанных корявым почерком листов. - Послезавтра приезжайте в городской морг за телом. Я оформил вам акт на кремацию.

- Спасибо, - пролепетала я.

- Не за что. И вот вам валерьянка в таблетках, поможет, - он протянул серебристую пластинку, в которой яркими желтыми кругляшками поблескивали таблетки.

Я машинально взяла, еще раз поблагодарила и сунула их в карман. После чего проводила врача до двери, с ужасом отметив раскуроченный замок. Вернулась в комнату, собрала в сумку документы и кое-какие мелкие деньги, которые нашла в тумбочке, обвела взглядом мрачную комнату и, вытащив мобильник, вызвала такси. На часах было двадцать три тридцать, если потороплюсь, еще успею к Стасу.

 

***

 

Желтая «Лада Гранта» затормозила перед фешенебельным рестораном. Входная дверь переливалась разноцветными огнями, даже сквозь закрытые окна и двери автомобиля я слышала громкую музыку. Скорее всего, в помещении бурлило веселье, шампанское лилось рекой, все смеялись и веселились. Я же, словно приведение, выбравшись из нутра такси, встала как вкопанная у крыльца.

- Девушка, вам кого? – поинтересовался мужчина в черном строгом костюме.

Охранник, куривший около входа в заведение, посмотрел на меня, словно на попрошайку.

- Меня ждут, - ответила я, медленно поднимаясь по ступенькам.

- У нас закрытое мероприятие, - мужчина преградил мне путь.

- Я знаю, - повернув голову и посмотрев охраннику в глаза, я прошипела: – По-вашему я что, похожа на оборванку, которая не знает куда идет?

- Девушка, а ну остыньте! Я ведь и меры могу принять, - сплюнув мне под ноги, прохрипел мужчина.

Дальше спорить не было смысла. Вынув из сумки мобильник, я активировала вызов. Длинные гудки… Тишина… На моем лице появилось отчаяние и в этот момент входная дверь распахнулась. На крыльцо выскочил раскрасневшийся Антон, лучший друг Стаса, а увидев меня, застыл изваянием.

- Рита?! – выдохнул он. – Что случилось? Ты где была?

- Где Стас? – уточнила я, все еще ожидая, что любимый снимет трубку.

- Уехал домой, - ответил Антон, пожимая плечами.

- Домой? – удивилась я.

- Ага… Слушай, Рит, пошли, я соберу вещи, а потом довезу тебя до дома, мне сегодня все равно в ту сторону, - предложил Антон, подхватывая меня под руку и увлекая внутрь шумного ресторана.

Желание показать охраннику язык было непреодолимым, но я вовремя вспомнила, что есть иные проблемы. Только сейчас я осознала, что замерзла до дрожи в ногах, ибо по скудоумию напялила осенние сапоги на шпильке, тогда как на улице вовсю господствовала зима.

Антон усадил меня за стол, знаком подозвал официантку и распорядился покормить меня и напоить горячительным. Расторопная девушка, подарив обворожительную улыбку молодому человеку и сочувствующую мне, кинулась выполнять распоряжение.

Через несколько минут на столе дымилась тарелка с изысканным горячим. Название блюда я не произнесу даже под наркозом. Для меня все, что выглядит как мясо, мясом же и является. В высоком стеклянном стакане с изящной ручкой испускало пар красное подогретое вино со специями. Разумеется, каждый ресторан величал этот напиток глинтвейном, хотя на мой субъективный взгляд, он даже близко не советовал своему величественному названию. А уж цена на этот напиток, скорее всего, оповещала о том, что внутри выдержанный коньяк, как минимум двадцати лет отроду.

Мои размышления прервались. Неожиданно музыка стихла, и по залу пронесся гул, а затем, женский визг.

- Всем оставаться на своих местах! Это полицейский рейд. Приготовить документы и вещи для личного досмотра. Рекомендуем не делать необдуманных поступков! – голос был мужским, резким и крайне противным.

Мысленно выругавшись, я залпом выпила вино и замерла в ожидании подходящих ко мне двоих мужчин в черном камуфляже. На лицах представителей закона были тканевые маски, а в руках что-то, до боли напоминающее автоматы. Черт, встряла!..

- Девушка, все, что в карманах, на стол и из сумки тоже, - произнёс приглушенный маской голос.

Пожав плечами, я стала вытряхивать содержимое дамской сумки, напрочь забыв о небольшом пакете с документами и деньгами, стоявшем около стула.

- Это ваше? – спросил второй мужчина, пиная пакет носком берца.

Я кивнула и протянула руку к пакету.

- Не трогать! – рявкнул первый.

Вздрогнув и клацнув зубами, в немом изумлении уставилась на мужчин.

- Вань, Трана сюда! – крикнул мужчина вглубь зала.

Через минуту из темного пространства вынырнул еще один представитель закона. Он был без маски, зато с поводком в руках. На другом конце ремня перебирала мощными лапами немецкая овчарка. Усмехнувшись, порадовалась, что не захватила из бабулиного холодильника продукты, а то голодная собачка схомячила бы их, вместе с документами.

Пес вальяжно подошел к пакету, обнюхал его, потом повернул морду и втянул воздух рядом со мной. Я прямо ощутила, как у собаки сузились глаза и раздулись ноздри, после чего пес выдал тихий, но внушительный рык.

- Девушка, руки за спину и на личный досмотр, - рявкнул тот, что пинал мой пакет.

Пожав плечами и смахнув все свои пожитки обратно в сумку, я завела руки за спину и последовала за мужиками. Всю дорогу злилась оттого, что моя объемная сумища шлепала меня по ногам.

В одном из помещений стояла девушка с замотанными в тугую кичку мышиного цвета волосами. На ее глазах красовались огромные очки в роговой оправе, тело скрывалось под мешковатой формой полицейского, что полностью лишало девушку женского облика. На руках были белые резиновые перчатки, словно она меня не досматривать собирается, а вскрытие проводить.

- Раздевайтесь, - приказала девушка.

От тона и манеры общения, я едва заметно поморщилась, но спорить не стала. Это был какой-то бесконечный и ужасный день, плавно перетекший в не менее ужасную ночь.

Я разделась до нижнего белья. Меня обыскали и перетрясли всю мою одежду, из кармана пальто вывалилась серебристая пластиковая упаковка таблеток.

- Это что? – сухо поинтересовалась полицейская, тыча пальцем в пластинку.

- Валерьянка, - отозвалась я, обнимая себя дрожащими руками и переступая босыми ногами на холодном полу.

- Подозрительно, - выдала девушка. – Еще и деньги в пакете. Откуда у вас деньги?

- Из квартиры бабушки, - ответила я, стуча зубами.

- Одевайтесь, поедете на анализы.

- Зачем? – искренне удивилась я.

- Если вы употребляете наркотики, то получите условный срок, а таблетки мы возьмём в лабораторию. Никакой псих не притащит в ресторан, да еще на закрытую тусовку, валерьянку. Мы тут не идиоты. Тем более что поступил четкий анонимный звонок, - произнесла она, заполняя какие-то бланки.

- Что? – удивилась я. – На кого?

- На всю компанию, но рекомендовали особое внимание уделить одиноко сидящей девушке. Ее подозревают в распространении наркотических препаратов.

- Ясно, - устало сказала я, садясь на стул. – Это какой-то бред… Понимаете, у меня бабушка сегодня умерла…

- Стоп! Эти сказки будешь рассказывать в отделении. Мне плевать, кто и когда у тебя умер. Оделась? – она кинула на меня суровый взгляд. – Все, выметайся. Влад, девку в больницу, пусть возьмут кровь и побыстрее.

Казалось, вот-вот меня поглотит полная и неконтролируемая истерика, от всех событий, что произошли со мной за это время, я будто погрузилась в стазис. Молча брела за Владом к служебному автомобилю. Так же молча забралась на заднее сиденье, вспомнила, было, про Антона, но решив, что ему сейчас не до меня, постаралась сосредоточиться на своих руках, что безвольно лежали на коленях. Через несколько минут на водительское и переднее пассажирское сиденье уселись мужчины в форме, и машина тронулась по ночным улицам города. В темных витринах магазина отражались синие проблесковые огоньки. Хорошо хоть сирену не включили, и так как какую-то преступницу везут. Сумку и телефон отобрали еще во время досмотра. На просьбу «позвонить», лишь шутили и издевались.

- Девушка, а чего молчим? Чего не скулим? – с усмешкой поинтересовался полицейский, сидящий за рулем.

- А смысл… - пожала я плечами, возвращаясь к созерцанию пейзажей за окном.

Через двадцать минут автомобиль затормозил перед служебными дверьми районной больницы. Меня вытащили из машины и, посмеявшись на тему - одевать на меня наручники или и так сойдет, сопроводили в приемную.

- О, Маргарита?! - раздался изумленный возглас от двери.

Подняв взгляд, с удивлением узнала того самого врача, что впихнул мне валерьянку.

- Здравствуйте, - произнесла я, делая шаг назад и садясь на скрипящий стул в кабинете.

- И что же вы тут делаете? – поинтересовался врач.

- Ярик, ее Аня к тебе направила. Говорит, что она наркоманка, - сказал тот, что сопровождал меня до кабинета.

- Анька – дура неудовлетворенная. Может, найдете ей жертву мужского пола, чтобы с гормонами справилась? У девушки сегодня на руках родная бабушка умерла, я ее еле откачал. Думал, рядом положим. А где вы, вообще, ее нашли?

- В ресторане «Париж», - отозвался полицейский, смотря на меня, как на душевнобольную.

- Понятно, - усмехнулся врач. – Значит так, девушку я сам до дома довезу, моя смена закончилась уже несколько часов назад. А то опять куда-нибудь встрянет.

Я сидела, рассеянно слушала их разговор и мысленно повторяла только одно: «хочу, чтобы этот день закончился, просто закончился и все».

- Идем, - раздался голос над ухом через несколько минут.

Уже переодевшийся и успевший заполнить несметное количество бумажек, Ярослав ухватил меня под локоть и выдернул со стула. Встав, я покачнулась, но устояла.

Опять автомобиль. Старенькая девятка, с продавленным пассажирским сиденьем, медленно выруливала с технического двора больницы. Вмиг запотевшие окна и скрип торпеды, приковывал мое внимание, не давай отключиться. Я молчала. Сжавшись на сиденье, рассеянно смотрела за работающими дворниками. Щелк-щелк… Щелк-щелк…

- Куда ехать-то? – через пару минут поинтересовался Ярослав.

Я назвала адрес и, закрыв глаза, вжала голову в плечи. Долгожданная тихая истерика все-таки настигла меня. Через сорок минут машина остановилась напротив знакомого подъезда. Поблагодарив врача, я выбралась наружу и, волоча за собой сумку с пакетом, который мне вернули, даже не отобрав деньги, направилась к дверям.

- Тебя проводить? – крикнул Ярослав мне в спину, но я лишь покачала головой.

Смутно помню, как добралась до нужного этажа, как достала ключи и открыла дверь. Вроде бы скинула сапоги и бросила в угол сумку. Туда же улетел пакет с документами. А потом все… Темнота…

 

***

 

То ли во сне, то ли наяву дверной звонок пищал в моем мозгу. Мысленно выругавшись трехэтажным русским матом, вслух сказала только: «черт». Встала. Удивилась, что сплю в халате, уж больно не похоже на меня. Это в каком же вчера состоянии я добралась до койки? Шлепая босыми ногами, направилась к двери.

- Кто? – сиплым голосом поинтересовалась я.

- Рит, ну что за шутки? – рыкнул за дверью Стас. – С каких пор я не могу попасть в собственный дом?

Вздрогнув, а точнее, подпрыгнув на месте, кинулась открывать замки. Что было со мной вчера, лучше не вспоминать, но вот почему не нашла дома Стаса? По словам Антона, он как раз и должен был быть дома. Открыв дверь, увидела пышущего злобой любимого.

- Ты где была? – выпалил он.

- Стас… - тихо всхлипнув, я прикрыла рот рукой, а потом не выдержала и разрыдалась.

Ни один мужчина не выносит женских слез, и Стас не исключение. Тут же подскочил ко мне, обнял, прижимая к себе.

- Ритуся, Ритулечка, что случилось? – шептал он, гладя меня по голове и целуя в макушку.

- Бабушка… - прошептала я. – Стас, бабушка умерла.

- Как? – он отстранился и, приподняв мой подбородок, попытался заглянуть мне в глаза.

- У меня на руках, - шмыгнула я.

- Девочка моя, ну как же так? Рит, почему ты мне не позвонила? – спросил дорогой.

- Не знаю, - честно ответила я.

Любимый продолжал гладить меня по голове, возмущенно сопя мне в ухо.

– Постой! - опомнилась я. – Я звонила, но ты не брал трубку. А потом… Стас, я вообще не знаю где телефон. Я приехала в ресторан, а тебя там нет. Антон хотел довезти меня до дома, но там была облава. Меня заподозрили в употреблении наркотиков, но в больнице оказался тот самый врач, что констатировал смерть бабушки. Он им все рассказал и меня отпустили домой. Добравшись до квартиры, я так устала, что просто уснула. Стас, а где ты был?

- У друга, солнышко, - ответил дорогой.

- У какого? – с прищуром уточнила я.

В голове билась одна мысль: «врёт»! Я, словно гончая, медленно втянула воздух, будто принюхиваясь к Стасу, и тут же перед глазами встал образ хорошо знакомой мне блондинки.

Лиля, лучшая подружка девушки Антона. Стервозная, алчная, завистливая. Ни с одним парнем не встречалась больше двух раз. Из очень богатой и властной семьи. Единственный ребенок, а потому ни в чем не знает меры. Я прямо видела ехидный прищур ее голубых глаз и чуть кривоватую на левый бок улыбку. Это у нее после не очень удачного увеличения губ. Да она вся насквозь искусственная и фальшивая, как в прямом, так и в переносном смысле. Получается, мой Стасик был с ней… Кобель…

Медленно выпустив воздух, я вдруг совершенно четко осознала, что мне плевать. Ну был и был, главное, вернулся, а с ней я разберусь…

Что-то изменилось в то утро. Оборвалось внутри меня. Сжало все чувства в клубок, а с каждым новым днем наматывало на него все новые и новые нити разочарования, стягивая все доброе и светлое во мне. Но все проходит…

 

Глава вторая. Нежданное наследство.

 

Жизнь потекла своим чередом. Получив выписку из морга, я связалась с мамулей и попыталась убедить ее прилететь на похороны бабушки, на что получила эмоциональный ответ:

- Марго, я никогда не любила бабулю. Меня всегда брала оторопь при ее появлении. Ну зачем мне на ее похороны? И потом, у нас с Энрике планы на выходные. Солнышко мое, мы едем на остров к его сестре. Это важно для него, а значит и для меня. Маргоша, лучше скажи, как у вас со Стасиком, все хорошо?

- Да, мамуля, все прекрасно, - отозвалась я.

- Марго, на свадьбу мы не прилетим. Энрике не видит в этом смысл, учитывая, что на следующий день после мероприятия вы летите к нам, - щебетала мама. - Как и договаривались, свадебное путешествие мы вам дарим. Так что, будем ждать вас в Неаполе, потом на яхту и по Средиземному морю. Все как ты хотела. Солнышко, я люблю тебя.

- Я тоже люблю тебя, мам, - рассеянно произнесла я, погружаясь в раздумья.

Когда мне стукнуло семнадцать, мамуля собрала вещи и рванула в Италию. Через месяц сообщила, что нашла мужчину своей мечты, а еще через месяц выскочила за него замуж. Энрике маму боготворил. Он искренне считал, что она - реинкарнация какой-то там богини, посланной ему Всевышним. Ни я, ни мама ему не препятствовали находиться в мире грез и иллюзий, тем более что материальное положение итальянца было тем самым, которое позволяло любой женщине ощущать себя богиней. С тех пор родительница была в России только дважды, все остальные наши встречи происходили или в Милане, где она жила большую часть времени, или в очередном европейском городе, куда мамуля присылала мне билеты. Это происходило каждый раз, когда, по ее словам, она скучала. Увы, последнее время это было все реже и реже.

Стас так же не проявил интереса к похоронам. В итоге в крематории я была одна. Массивное здание, построенное в шестидесятых годах, внушало окружающим, что похороны - это не повод огорчаться. Высокие колонны, масса мрамора, широченная лестница. Два крыла полукруглого здания. Справа комнаты ожидания и помещения для поминок. Слева комнаты для прощания.

В одной из таких комнат я стояла перед закрытым гробом и искренне сомневалась, что внутри него бабуля лежит одна. Ходили слухи, что в крематории к вот таким вот закрытым гробам регулярно подкладывают мертвых неопознанных бомжей. Сколько бы я ни пыталась настроиться на сентиментальный лад, в голову лезли всякие сторонние мысли.

- А можно открыть гроб? – тихо поинтересовалась я у служащей.

- Девушка, у нас нет гвоздодера. Зачем же мы его тогда забивали? – возмутилась женщина с пучком седых волос на затылке.

Эх, надо было свой гвоздодер взять. Хотя, бабуль, если ты там не одна, возрадуйся, хоть на том свете будет не скучно!

Прощание было скомканным. Служащей надоело мое молчаливое переминание с ноги на ногу у возвышения, и она активировала рычаг. С душераздирающим скрежетом панель под гробом разъехалась в разные стороны, и современный деревянный саркофаг опустился в каменную нишу. В последний момент туда упала глиняная ваза с искусственным цветком, создав глухое эхо. Служащая, было, кинулась за вазой, но створки медленно закрылись.

На следующий день мне выдали урну. На кладбище отказались долбать землю мотыгой, чтобы захоронить бабулю к дальнему родственнику, информацию о котором я нашла в бабушкиных документах. Вариантов не было, и я привезла урну в бабулину квартиру, где водрузила ее на шкаф. Придет весна, придумаю, что с ней делать.

 

***

 

Весна пришла, но до этого произошли события, в корне поменявшие мою жизнь, да и планы на оную тоже.

Все началось с того, что с каждым днем я все более и более болезненно реагировала на вранье. Я его видела, слышала и чувствовала. Каждый раз, когда кто-то пытался меня обмануть, внутри будто что-то сжималось, причиняя сначала дискомфорт, а затем куда более чувствительные и болезненные ощущения. От этого парадоксального явления в моей жизни, на работе начались проблемы.

Стоило мне только пообщаться с бухгалтером, которая клятвенно заверяла, что лишних средств на фирме нет, а поступление денег, дай бог, будет через пару месяцев, как мои глаза непроизвольно сужались, а ноздри раздувались, на губах же блуждала полуулыбка, полуоскал. Елейным голоском с рычащими нотками я произносила:

- Алла Андреевна, а я ведь и будущему свекру могу позвонить. Вы как, на другую работу собираетесь или на пенсию?

Женщина покрывалась красными пятнами и испариной, после чего истерично шипела:

- Да делайте вы, что хотите! Но если завтра мне будет нечем платить налоги…

- То мы все дружно насушим вам сухарей, - парировала я, продолжая злобно скалиться.

- Хорошо… - сдавалась бухгалтер, выхватывала у меня платежки и, громка стуча каблуками, удалялась в свой кабинет.

Я же, практически обессиленная, ползла в туалет и долго омывала лицо холодной водой, чтобы прийти в себя и восстановить душевное равновесие. Не мое это. Не я так разговаривала. Что-то как будто переключалось внутри меня, делая из меня беспринципного монстра.

В такие минуты я не знала пощады к людям, мне было плевать на их чувства. Все, чего я хотела, это любым способом добиться поставленной цели. К середине февраля в офисе от меня шарахались. Меня избегали не только на работе. Друзья Стаса предпочитали вешать трубку, если, звоня домой, попадали на меня. Я же старалась не замечать этого. Но не только в поведении было дело, поменялся мой образ, менялась я сама.

Куда-то пропали яркие сексуальные вещи, вместо них в шкафу прочно разместились черные костюмы и черные платья, скрывающие любой участок оголенной кожи. Лицо все чаще было настолько бледным, что в гроб кладут краше. Руки тянулись к чёрному карандашу, выделяя и без того выразительные глаза на лице. Губы же покрывал полупрозрачный блеск.

Стас все реже приходил по вечерам домой вовремя, ссылаясь на большую загруженность по работе. Вот только я прекрасно ощущала его вранье. Каждый раз, как только любимый сообщал, что очередное внеплановое заседание нарушает наши планы на вечер, перед взором вставал образ Лили, с ее неизменной кривой ухмылкой. Казалось бы, пора принять меры, но меня будто что-то удерживало. Однако в канун дня всех влюбленных эта проблема решилась жестко и кардинально:

- Ритуля, ты готова? – раздался голос Стаса из комнаты.

Бросив взгляд в зеркало, отметила, что сильно похудела за последний месяц, и наконец-то приобрела ту фигуру, которой так восторгался Стас, смотря на фотографии в глянцевых журналах. Вечернее платье из черного атласа струилось вокруг худого тела. Полностью закрытое спереди, оно открывало спину практически до копчика. Никакого бюстгальтера, лишь стринги и черные чулки с широкой кружевной резинкой. Все, как любит Стас.

- Да, я готова, - отозвалась, поворачиваясь в профиль.

Убранные в тугой узел волосы открывали тонкую длинную шею. Громоздкие серьги поблескивали крупными рубинами, приковывали взгляд. Алые губы и черные глаза на бледном лице. Женщина-вамп собственной персоной.

- Ты великолепна, - выдыхая, произнес Стас, наклоняясь к шее и целуя со спины в выступающий позвонок.

Усмехнулась краешком губ, ибо поняла, что не врет. Да, я ощущала себя великолепной и роковой леди.

- Подожди в квартире, я разогрею двигатель и позвоню, чтобы ты вышла. Надень шубу. Хочу, чтобы мне все завидовали, - усмехнулся Стас и, накинув пальто, скрылся за входной дверью.

Я же стояла и морщилась. Завидовали? Чему? Я же не «барби», чтобы меня одевать и выставлять напоказ. Внутри закипало раздражение, которое все чаще и чаще проявлялось в последнее время рядом со Стасом. Прикрыв глаза, попыталась восстановить дыхание. Трель мобильного телефона, вызвала неконтролируемый рык. Кинув взгляд, поняла, что Стас забыл телефон. Не обратив внимания на того, кто звонил, активировала вызов:

- Слушаю.

- Ты?! – раздался удивлённый голос Лили. – А где Стасик?

- Машину греет, - ответила я, с каждой секундой понимая, что раздражение внутри растет.

- Понятно. Значит, и сегодня он тебя приволочет. Когда же у него хватит смелости послать тебя далеко и надолго? – прошипела Лили.

- Я, между прочим, его невеста, - сдерживая эмоции, произнесла я.

- Все еще? Странно, а вчера, ублажая меня, Стас сказал, что уже давно расторг помолвку, и только факт того, что тебе некуда идти, удерживает его от желания выставить тебя вон.

Она сказала, а я четко поняла, что Лиля не врет. Он и правда ей это сказал.

- Это все, что я должна знать? – поинтересовалась я, вынимая серьгу из уха.

- А тебе этого мало? Хочешь знать, где и с кем Стас проводит все вечера, когда ты, наивная дурочка, думаешь, что он работает, - ехидство сочилось из уст девушки, замораживая внутри меня все эмоции.

Вместо того чтобы разозлиться, я - остывала. Повернув голову к зеркалу, и не обращая внимания на нереально бледное лицо, я прижала трубку к другому уху и вынула вторую серьгу из мочки.

- Эй ты, обморочная? Ты меня слышишь? – крикнула Лиля в трубку, заставляя меня поморщиться от резкого звука.

- Да, - ответила я.

- Если у тебя хоть капля гордости есть, оставь его. Сохрани лицо хотя бы перед друзьями, над тобой же ржет вся тусовка, - проговорила девушка.

- А кто тебе сказал, что я его держу? – удивилась я. – Если он тебе нужен? Забирай. Стас свободен. Желаю вам счастья.

Не дожидаясь ответа, я нажала на красную кнопку отбоя. Повернувшись к двери, улыбнулась, глядя на изумленное лицо Стаса, который, как я поняла, прекрасно слышал весь разговор.

- Я забыл телефон, - пролепетал мужчина, с которого вмиг слетела вся спесь.

- Прекрасно, - улыбнулась я.

Развернувшись, я направилась в спальню, на ходу снимая платье.

- Рита?! – позвал Стас, в пальто следуя за мной.

- Ш-ш-ш… - произнесла я.

Повернувшись к Стасу лицом, я дождалась, когда платье упадет к моим ногам. Переступив через него, в одних трусиках и чулках я направилась к шкафу.

- Рита?! – уже громче крикнул Стас. – Не уходи!

- Ш-ш-ш… - произнесла я.

Достав сумку, стала закидывать в нее вещи, поражаясь их малому количеству.

- Ритка! – рявкнул Стас, хватая меня за плечи и разворачивая к себе лицом.

Подняв взгляд, посмотрела в его испуганные глаза и пару раз качнула головой, после чего передернула обнаженными плечами, высвобождаясь из захвата.

- Стас, все закономерно. Я уже давно знаю, с кем ты провел это Рождество.

- Знаешь?! – удивленно переспросил Стас.

- Да, знаю… - улыбнувшись, произнесла я. -  Я всегда знала. Просто ждала, когда ты решишься…

- Рита, я… - начал он, но я прижала свои холодные пальцы к его губам, качая головой.

- Нет, - четко ответила, чуть повысив голос.

Развернувшись к шкафу, достала футболку, свитер и джинсы. Не обращая внимания на Стаса, я оделась, запихнула косметику в сумку и направилась в коридор.

- Рит, я отвезу тебя, - подал голос, теперь уже бывший, жених.

- Хорошо, - согласилась я, не видя в этом ничего предосудительного.

Видимо, Стас ожидал другого ответа, так как, встав посередине коридора, в изумлении уставился на меня.

- Если, конечно, тебе по пути, - усмехнулась я.

- Конечно… - произнес он.

Стас подхватил мою сумку, и мы вышли из квартиры. Не произнеся ни слова, бывший любимый довез меня до дома бабули и помог донести вещи до квартиры. После чего, встав в дверях, он в нерешительности застыл, смотря на меня несчастным взглядом.

- Стас, тебе пора, - улыбнувшись, я кивнула ему на лестницу.

- Рит, но мы ведь останемся друзьями? – спросил он.

- А что? Боишься, что я буду мстить? – с усмешкой произнесла я, но заметив, как Стас вжал голову в плечи, рассмеялась. – Неужели ты веришь, что я ведьма?

- Да, верю… - прошептал Стас, смотря на меня исподлобья.

- Зря. Да, мы будем друзьями, насколько это будет возможно.

После чего слегка толкнула его в грудь. Он инстинктивно сделал шаг назад, переступив порог, а я тут же захлопнула дверь.

- Рита… - раздался полустон за дверью, но меня это уже не трогало.

Все… Выдохнув, я прошла в комнату и, упав на диван, прикрыла глаза. Теперь это мой дом, и пора заняться его обустройством.

Однако на этом все не закончилось. Когда в понедельник я пришла на работу, меня ожидала наша бухгалтер. На ее лице сияла счастливая улыбка. Не говоря мне ни слова, она протянула зеленый конверт. Раскрыв его, я высыпала содержимое на стол: пачка денег, на взгляд не более пятидесяти тысяч рублей и сложенный вчетверо лист.

«Уважаемая г-жа Громова, в свете последних событий я вынужден просить вас покинуть нашу фирму. Надеюсь, вы поступите благоразумно. Со своей стороны я не буду чинить препятствий вашей карьере в других компаниях, однако, рекомендаций так же не ждите. Я недоволен последним периодом вашей работы.

Директор по развитию Грубас Групп,

Владимир Ветров»

- Прекрасно, - усмехнулась я, складывая письмо. – Я могу получить расчет?

- Да, - мурлыкнула Алла Андреевна. – Все документы готовы. Никакой отработки не требуется.

- Благодарю, - парадируя тон бухгалтерши, сказала я.

Через час, оформив все документы и получив расчет, я спускалась в метро, направляя свои стопы в бабулину квартиру. Ну вот и все, этот этап жизни полностью закончился, а вот что дальше?

 

***

 

Потеряла жениха, работу, впору расстроиться, но мне почему-то было все равно. Я не искала заработка, деньги были. А уж если быть справедливой, то регулярно появлялись. На следующий день после кремации курьер доставил письмо. Раскрыв конверт, я обнаружила в нем пластиковую карту без имени и бумажку с пин-кодом.

Проверив содержимое карты, обнаружила, что являюсь обладателем двадцати тысяч рублей. Но не это было странным. Пару раз я расплачивалась этой картой в магазине, а на следующий день на ней опять было двадцать тысяч. Как будто добрый волшебник позаботился о моем материальном положении.

Всему есть свое объяснение. В июле и этот миф развеялся. В один прекрасный и достаточно жаркий день раздался телефонный звонок и меня пригласили на встречу с адвокатом.

Если честно, то подумала, что это Стас решил переоформить свой автомобиль. Дело в том, что за неделю до Нового года мы купили в салоне новый джип. Уж простите, в марках машин никогда не разбиралась. Оформили его на меня, так как были уверены, что все имущество станет общим. По словам Стаса, он мне доверял. Когда мы расстались, то я выписала генеральную доверенность на бывшего, а вот теперь этот звонок. Странно, мог бы и сам все оформить, не привлекая меня.

Я стояла перед старинным, но богато отремонтированным двухэтажным зданием. Вокруг шумела листва деревьев. На мгновение мне показалось, что я не в центре города, а перед загородным особняком. Раздался щелчок, и массивная деревянная дверь медленно отворилась.

- Проходите, - раздался приятный женский голос из глубины прохладного помещения.

Приглашать дважды не пришлось. Я с большим удовольствием нырнула в манящую прохладу, оставляя за спиной солнечную знойную улицу.

- Маргарита Вениаминовна? – произнес все тот же голос.

Проморгавшись, я увидела очаровательную шатенку, что сидела за огромным столом.

- Это я, - ответила, поражаясь хриплым ноткам своего голоса.

- Чай, кофе, воды? – с улыбкой уточнила девушка.

- Воды, если можно, - попросила я.

- Разумеется, - шатенка кивнула. – Присаживайтесь, - она указала на огромное кожаное кресло. - Роберт Рудольфович примет вас, как только освободится.

Через минуту девушка принесла мне поднос. На нем были стакан воды, вазочка со льдом и блюдце с лимоном. Я с благодарностью кивнула. Успев сделать лишь пару глотков, вздрогнула от того, что услышала четкие шаги. Они эхом разносились по коридору, что проглядывался справа от приемной.

- Анжела, госпожа Громова подошла? – строгий мужской голос навеял образ высокого статного мужчины в возрасте.

- Да, Роберт Рудольфович, - чуть громче, чем разговаривала со мной, произнесла девушка.

- Пригласите ее в мой личный кабинет.

- Хорошо, минуточку, - шатенка улыбнулась мне и, встав из-за стола, показала в направлении коридора. – Прошу, я провожу.

Отставив стакан, я последовала за ней. В коридоре было темно и мрачно, но вместо страха во мне родилось ощущение умиротворения и правильности. Я насчитала три двери, которые мы миновали. У четвертой Анжела остановилась и пару раз стукнула кулачком по поверхности.

- Входите, - раздался приглушенный голос.

Анжела открыла дверь и жестом пригласила меня войти, при этом подарив подбадривающую улыбку. В последний момент ноги дрогнули, и я не вошла, а скорее, ввалилась в кабинет.

- Добрый день, Маргарита, ты очень похожа на свою бабушку в молодости. Она так же впадала в мой кабинет, вместо того чтобы войти.

- Вы кто? – выпалила я, напрочь забыв о правилах приличия.

Передо мной за массивным белым столом сидел очень красивый мужчина. Черные волосы, лишь на висках отливающие легкой сединой, спускались до плеч. Высокий лоб, темные, глубоко посаженные, глаза, прямой, возможно, чуть длинноватый нос и тяжёлый подбородок. Легкая ухмылка на губах и блеск в глазах придавали бандитский налет аристократическому облику. Белая рубашка создавала контраст с угольно-черным пиджаком. Небрежно расстёгнутые пуговки оголяли загорелую кожу, на которую я без зазрения совести уставилась.

Тьфу, гормоны. Полгода без мужика - это слишком! Словно в ответ на мои мысли раздался грудной, чуть басистый смех.

- Определённо… Ты намного забавнее Влады. Она выбрала достойную замену. Ну что же, давай знакомиться? Я - Роберт.

- Маргарита, - представилась я, и тут же смутилась, ведь мое имя и так хорошо известно хозяину кабинета.

- А скажи, дорогая моя, ты когда в наследство вступать будешь?

- В какое? – переспросила я.

Дело в том, что квартиру я еще две недели назад на себя переоформила, а больше у бабули ничего не было.

- В ведьмовское? – не скрывая ухмылки, поинтересовался мужчина.

- Никогда, - выдохнула я.

Осмелев, я подошла к кожаному креслу, стоявшему напротив стола, и опустилась в него.

- Почему? – удивленно приподнял бровь Роберт.

- Потому что я - атеистка и не верю во всю эту туфту, - произнесла скучающим тоном.

Вся оторопь от обстановки и импозантности мужчины слетела с меня, как только он сказал про ведьмовство. Слишком все это было напыщенным и глупым.

– Я не верю в ведьм, колдунов, в магов и всякую нечисть, - меж тем продолжала, окидывая взглядом кабинет. - Я не собираюсь ничего принимать. И ни в какую секту вы меня не впихнете.

- Хм, забавное отношение к реалиям, - не скрывая сарказма, произнес мужчина. – И это у наследницы одной из самых сильных веток.

- Веток? – тут же возмутилась я. - Ха, я вам не мартышка и на березах бананы собирать, не намерена, - откровенно смеясь, произнесла я.

С каждой минутой этот разговор все больше походил на маразм. Сначала бабуля с глупыми просьбами о принятии дара. О чем, вообще, она говорила? Теперь этот…

- Но ведь Влада передала тебе дар? Марго, дай мне руку, - попросил Роберт.

Не особо задумываясь о последствиях, видимо, прошлый опыт с бабулей меня ничему не научил, я протянула ладонь мужчине. Он долго смотрел на переплетение линий, после чего отпустил мою конечность и, задумавшись, прикрыл глаза. Я сидела и ждала, когда же он вынесет вердикт.

- Хорошо, это твой выбор. Я не имею права на тебя давить, - открыв глаза, произнес он. – Я лишь хочу тебя предупредить. Если ты не примешь дар, или не найдёшь преемника, то сила убьет тебя. Она выжжет тебя изнутри. Сила уже разожгла костёр. С каждым днем, с каждой неделей твое желание жить полноценной жизнью будет все меньше и меньше. А к концу календарного года единственное, о чем ты будешь мечтать – это смерть. Понимаешь? – он перевел на меня сосредоточенный взгляд.

- Нет, - честно созналась я.

- Я вижу, - он подарил мне грустную улыбку. - Пообещай, что придешь ко мне в канун Нового года, если ничего не изменится в твоей жизни.

- Зачем? – насторожилась я.

- Если ты не примешь свой дар, я найду тебе преемницу, и мы избавим тебя от этой ноши.

- А сейчас нельзя? – уточнила я, не тая надежды во взгляде.

- Нет, нельзя. Ты не веришь в дар и не принимаешь его. В твоем понимании дара, впрочем, как и силы – нет! А нельзя отдать то, чего нет.

- Хорошо… А что изменится к Новому году? – уточнила я.

- Твое состояние будет настолько плачевным, что тебе либо придется принять факт того, что дар существует, и тогда ты сможешь его передать, либо умереть, но в этом случае дар так же высвободится и найдет другую ведьму, но уже самостоятельно.

- Хорошо, я поняла. Это все?

- Нет. Марго, я настоятельно рекомендую тебе сократить круг общения. Ты можешь покалечить людей. Вот тут документы. Твоя бабушка скопила приличное состояние, и тебе есть на что существовать. Так, ту карточку, что ты получила после смерти Влады – не теряй, туда будут поступать регулярно деньги, это проценты с накоплений. Раз ты не принимаешь дар и отказываешься проводить ритуал, то хотя бы не навреди, в том числе и себе. Почитай эти книги, их писала Влада, для тебя… Думаю, ты найдёшь там ответы.

- Спасибо, - я взяла протянутые книги, документы и еще одну пластиковую карту.

После чего поспешила покинуть кабинет, в котором был слишком странный мужчина. Его поведение и слова вызывали массу вопросов, но внутри меня что-то напрочь блокировало любые размышления на эту тему. Я – атеистка, я верю только в то, что вижу. Рогов, копыт и хвоста у мужчины не было, а значит, и думать тут не о чем.

***

Вернувшись домой, я не кинулась изучать бабушкины книги. Если быть откровенной, я вообще про них забыла. Меж тем мое физическое и душевное состояние ухудшалось с каждым днем. Меня раздражали люди на улице. Их пропитанные ложью слова и лицемерием взгляды преследовали меня везде, куда бы я ни пришла.

Я сократила общение с друзьями до минимума, но даже это причиняло мне постоянный дискомфорт. Я выходила на улицу лишь в магазин за продуктами и это в разгар лета. Моя единственная, еще по институту, подруга мириться с этим не планировала, а потому в одно очень раннее утро в моей квартире раздался верещащий дверной звонок.

- Кто? – хриплым спросонья голосом поинтересовалась я.

- Р-р-рит! – прорычала за дверью подруга, и я невольно вздрогнула.

- Нет меня, - пискнула я в ответ, кутаясь в халат и вжимая голову в плечи.

- Поверь мне, милая моя, если не откроешь, то я лично позабочусь о том, чтобы тебя больше не было, - довольно зло произнесла подруга.

Услышав, я как-то сразу ей поверила. Эта – может. Упокоит, прикопает и скажет, что так и было. Холодными пальцами я дважды повернула замок и впустила свирепую, как фурия, подругу.

- Ритка! – взвизгнула она, осматривая меня с ног до головы и обратно. – Ты во что превратилась?! Метелка ты драная! Ты в зеркало себя видела? Ты же вылитая Баба Яга!

- Настя… - еле слышно простонала я, пытаясь заткнуть уши.

Но в этот момент что-то щелкнуло в моем мозгу. Она говорила правду! Правду?! Я медленно повернулась к зеркалу и с недоверием уставилась на свое отражение. Бледная, с синяками под глазами и обвисшими грязными сосульками волосами. И правда, ведьма! Ведьма?! Черт!..

- Ритка, ты во что себя превратила? Это из-за Стаса? Да пошел он куда подальше, этот кобель! Рит, ты же умница, красавица, а он… Гад он распоследний, не был бы другом Влада, давно бы его послала.

Все еще разглядывая свое отражение, вполуха слушала причитания подруги. Влад был деловым партнером и однокурсником Стаса. Друзья? Да, ибо в бизнесе без поддержки далеко не пойдешь. Ну а Настя была девушкой Влада. Разумеется, познакомила их я, так как считала, что держать подругу поближе мне не помешает. Правда, все это было так давно… Как будто в той, другой жизни.

Протянув руку к собственному лицу, я медленно провела по щеке. Холодная… И это несмотря на то, что за окном плюс двадцать пять. Что-то не так…

- Рит, короче, в эту субботу мы едем всей нашей компанией на пикник. Ты едешь с нами, и это не обсуждается. Поняла? – Настя испытывающе посмотрела на меня, и я кивнула. – Заеду за тобой лично, - предупредила она. – И только попробуй не открыть мне дверь, - прошипела она в конце.

И кто из нас после этого ведьма? Так и не сказав ни слова, я закрыла за подругой дверь и направила стопы в комнату. Около дивана стоял пакет с книгами от бабули, именно об него я спотыкнулась.

- Вот же ж… - взвыла я, прыгая на одной ноге и потирая ушибленный мизинец. – Чтоб вас всех…

Из пакета выпала потрёпанная, видавшая виды тетрадка в сорок восемь листов. Ухватив ее, я сразу ощутила тепло в пальцах, заинтересовавшись, уселась на разобранный диван и открыла первую страницу.

«Маргоша, я знаю, ты упряма. Но и я не первую сотню лет прожила, чтобы не предвидеть этого. Ты не поверила мне и это очевидно, иначе бы не читала сейчас эти строки. Но то, что прописано судьбой, только иной судьбой можно нарушить, а на иные судьбы нет у нас прав. Каждому свое.

Сегодня, сейчас у тебя есть масса тропинок. Ты можешь выбрать любую. Прими дар, и ты пойдешь дорогой ведьмы. Заметь, преуспевающей и вполне могущественной ведьмы. Откажись от дара, и твоя жизнь будет яркой, но короткой. Но… Не слушай Роберта. Есть еще один способ, свой дар ты можешь запечатать. Ненадолго, но этого времени хватит, чтобы ты привыкла к тому, что он есть.

Если ты выберешь именно этот способ, пролистни три страницы, и ты увидишь инструкцию. Сделай все в точности как написано.

Помни, милая моя, чтобы ты обо мне ни думала, я любила тебя. Просто любовь эта ведьмовская. Ты поймешь… Потом… Люблю… Твоя бабушка Влада».

Несколько раз перечитав послание, я подняла взгляд от тетрадки и посмотрела в окно. Голубое небо, яркое солнце. Лето… А внутри меня серая безысходность, в моей душе дождливая осень. Не хочу так жить… Лучше не жить вообще, чем так…

Не смотря на листы, я отсчитала три страницы, перевернула и только потом опустила взгляд на тетрадь. Прочитав способ «запечатки дара» я расхохоталась. Ну где?! Где я найду коготь летучей мыши или глаз таракана? Где?! Странно, что бабуля не указала адрес ближайшего гипермаркета для ведьм, уж я бы им воспользовалась.

Смутившись от того, что сижу и всерьез рассуждаю, где бы достать эти ингредиенты, я захлопнула тетрадь. Что за бред? Я, здравомыслящая современная девушка, выросшая на Интернете, всерьез собираюсь искать летучую мышь? Ну уж нет!

Весь день я проходила, то раскрывая тетрадь и перечитывая способ, то захлопывая ее со злостью. В итоге приняла решение. Я не буду варить никаких зелий, но нарисую на полу круг и произнесу слова. Уверена и этого вполне хватит.

В полночь, стоя в одной белой ночной рубашке внутри нарисованного зубной пастой круга, я в шестой раз зачитывала по бумажке выписанные из тетрадки слова. Назвать это заклинанием язык не поворачивался. Для меня это не более чем набор слов. «Трах-тибидох» какой-то. Пару раз я точно перевирала последовательность, но даже не собиралась придавать этому значения. И вот в тринадцатый раз дочитав набор звуков, я наклонилась и подожгла бумажку от горевшей перед моими ступнями свечи. Пепел упал на ковер и исчез, вызвав у меня минутное замешательство. Но спать хотелось так, что обращать внимание на исчезнувший пепел, посчитала лишним. Утро вечера мудренее. Проснусь и разберусь…

 

Глава третья. Полгода спустя или мы всегда были разными.

 

Дверной звонок в десятый раз оповестил о неиссякаемой настойчивости того, кто желал, во что бы то ни стало лицезреть меня. Я напрочь отказывалась просыпаться. В дверь стали барабанить, да так, что от каждого удара я подпрыгивала на видавшем виды, стареньком диване. Знатно выругавшись и про себя, и вслух, правда, негромко, встала и, шаркая тапками, направилась к двери.

- Кто? – рявкнула во все горло.

- Если ты сию минуту не откроешь дверь, то будет твоя личная смерть! – в том же тоне проорала Настя.

Мысленно взвыв, открыла. Образ подбочившейся подруги внушил секундный страх.

- Тьфу ты… - выдохнула Настя, с прищуром меня осматривая. – Хорошо, Влад не поднялся со мной, а то сейчас бы от страха оконфузился.

- Ты о чем? – поинтересовалась я, поворачиваясь к зеркалу. – Черт! – через мгновение взвыла я. – Это кто?

- Дорогая, а вот это я у тебя хотела спросить, - съехидничала подружка.

Схватив меня за локоть цепкими накрашенными коготками, и не слушая мой визг, она поволокла мою тушку в ванную. Не дав стянуть с себя белую объемную ночнушку, в которой я смахивала на привидение, она запихнула меня в душ.

- Насть! – взвыла я, ибо контрастность воды поражала своей неожиданностью.

- Выпущу только тогда, когда ты из зомби превратишься в человека, - предупредила подруга, включая то горячую, то холодную воду.

- Я уже человек, - заикаясь, промямлила я.

- Хорошо, тогда еще минут двадцать и из сухофрукта ты превратишься в персик.

- Только если консервированный! – уже рыдала я.

- Все, вылазь, - смилостивилась садюга, по неизвестной мне причине все еще считающейся моей подругой.

Кинув в меня махровое полотенце, она умчалась в комнату, и уже оттуда слышались ее не слишком цензурные выражения.

- Насть, ну что ты ругаешься? – крикнула я, когда зубы перестали стучать.

Расчесав волосы, я потянулась за феном, но включить его не успела, мне в затылок ударился купальник, заботливо закинутый Настей, пробегающей из комнаты на кухню.

- Поешь по пути, бутики я взяла. Одевайся, дурында, - крикнула она, хлопая дверцей холодильника. – Живо давай, там Владик один.

Через двадцать минут, с полусырыми, но заплетенными в косу, волосами, я стояла перед зеркалом. Поверх купальника были одеты ярко-красная футболка и черные шорты. Я даже не догадывалась о наличии этих частей одежды в гардеробе. На ногах были шлепки. Настя с пеной у рта доказывала, что, несмотря на начало августа, за окном жара и надо этим пользоваться. Ну надо – так надо. Прихватив в руки пакет, в котором был спортивный костюм и кроссовки, чай вечера у нас не жаркие, я показала подруге, что полностью готова. Она же, с прищуром окинув меня взглядом, кивнула и вышла на лестничную площадку.

Влад, увидев нас, лишь сурово поджал нижнюю губу, но получив в руки один из припасенных для меня бутербродов, расплылся в подобие улыбке. Да, сытый мужчина – добрый мужчина. Женщины, кормите своих мужчин, тем, кто вокруг них, очень хочется жить, по возможности счастливо!

***

Удивительное дело, город вымер. Промчавшись по полупустым улицам, мы вырулили на шоссе, и тут же машина замедлила ход, пристраиваясь в хвост автомобильной пробке.

- А я говорил, надо было раньше выезжать, - бубнил Влад, дожёвывая мой второй бутерброд.

- Так мы и выехали, - беспечно парировала Настя, протягивая мне пакетик с чипсами.

Интересно, где она его нашла? Я точно такую гадость не покупала, хотя… Опасения были напрасными, проехав небольшую аварию, где два «матиса» не поделили крайнюю левую полосу, что само по себе было забавным, мы помчались по автомагистрали прочь от города, к манящим лесам, полям и озерам. Лениво созерцая быстро мелькающие пейзажи, я озадачилась насущным вопросов.

- Насть, а Стас будет? – спросила я.

- Будет, - буркнул Влад. – Рит, ты только не переживай. Мы тебе сразу двух парней пригласили, так что он еще сгрызет руки по плечи.

- Да я и не переживаю, - отмахнулась я. – Стоп! Как двух? На фига мне гарем? Насть…

- Я тут ни при чем, - отмахнулась подруга. – Мы просто не знали, кого из них выбрать. Решили, что ты выберешь сама. Рит, не паникуй, они клевые.

- Клевые? – передразнила я Настю. – Зачем? Мне и одной хорошо!

- Тебе, может, и хорошо, - насупилась подружка. – А вот нам смотреть на твою мрачную рожу не хочется. А Стас, между прочим, с Лилькой приедет, вот мы и уравновесим композицию. Рит, ну что ты паникуешь?

- Я не паникую, - успела вставить я, но попытку проигнорировали.

- Между прочим, Славка, он на «моцике» приедет, а у Глеба, вообще, «тойота».

- Так, мне на парней или на их технику смотреть? – съехидничала я.

- Ты можешь на парней, а я на технику посмотрю, - парировал Влад, сворачивая на грунтовую дорогу.

Чтобы сохранить зубы в целости, разговор решили прервать. Говорить в салоне автомобиля, который не едет, а скачет по дороге, крайне проблематично.

***

Через час мы с комфортом расположились на большой полянке, со всех сторон окруженной густым кустарником. Несколько лет назад ребята случайно нашли это место, и теперь каждый год собирались здесь на проводы лета.

Меня всегда удивляло, почему проводы не в конце августа, а в начале. Пару раз мне что-то говори про «ильин день», мол, после него купаться нельзя и все такое. Но я же атеистка, так что на такие мелочи, как мало вменяемые ограничения, вызванные преданиями, внимания не обращала.

Солнце палило нещадно, я перебралась в тень кустов и со стороны наблюдала за многолюдной суетой. Мужчины собирали хворост для костра. Я честно пыталась вмешаться и сохранить лес от вандализма, намекая на то, что угля привезли на целую армию. От меня отмахнулись, сообщив удивительную вещь, оказывается, они не вандалы, а санитары леса. Парни не выламывали недавно выросшие деревья, а прореживали лес, чтобы было удобно ходить животным. На мой прямой вопрос, каким именно животным, мне сообщили:

- Всем.

- Рит, отстань от них, в парнях проснулся дух охотников, - усмехнулась Настя.

- Нет, в них проснулся дух мамонтов с мозгами саранчи, - буркнула я. – Купаться пойдешь?

- Позже, сначала прослежу, чтобы не спалили чего лишнего, - усмехнулась подружка.

Пожав плечами, я встала и, прихватив Настино полотенце, ибо свое благополучно забыла дома, направилась к озеру, которое пряталось в кустах. До нормального прохода надо было пройти в сторону десяток метров. Разумеется, мне было лень, и я не хуже лося ломанулась в кусты.

Выбравшись, с сожалением посмотрела на огромную царапину вдоль бедра, которая на глазах набухала капельками крови.

- Черт! – сплюнув на палец, стала замазывать ранку.

Странно, в детстве дунешь-плюнешь, и все заживает, а тут грязь размазала, эффекта не добилась. Ладно, отмоюсь. Стянув шорты, откинула их в сторону. Потянула футболку вверх, закрывая обзор и резко вздрогнула, так как почувствовала на талии мужские руки.

- Ш-ш-ш… - раздался до боли знакомый голос над ухом.

- Стас! – взвизгнула я, окончательно стянув футболку с головы.

Отскочив от мужчины, я выразительно посмотрела на него. Наглец улыбался, после чего приложил палец к губам, призывая к тишине. На мое возмущенное сопение внимания не обратил, вместо этого молча стал стягивать штаны и рубашку.

- Стас! – прошипела я, понимая, что поднимать шум глупо. – Вали отсюда.

- Ритулечка, я соскучился, - практически мурлыкнул он.

Откинув рубашку, он подскочил ко мне и, схватив за руку, дернул на себя. Устоять не получилось. Мы повалились на песчаный берег. Стас на спину, а я на него. Обрадованный и, как выяснилось, изрядно нетрезвый бывший, радостно облапал мою спину и задницу, пока я пыталась отпихнуть то ли его, то ли себя. Попыталась пнуть его ногой, но по причинному месту не попала, а ударившись коленкой о камушек, еще и взвыла. В ответ раздался пьяный смех Стаса, и мужчина перевернулся. Я оказалась на песке, прижатая его мощным телом. В нос ударил запах перегара.

- Стас, ты что, с ума сошел? – шипела я, отпихивая парня.

- Нет, - усмехнулся он, пытаясь меня поцеловать.

- Отпусти, придурок! – взвизгнула я.

В этот момент кто-то закрыл солнце, отбрасывая тень на мое лицо. Через мгновение я почувствовала свободу и услышала характерный звук удара.

- Глеб! – рыкнул Стас.

- Отойди от нее, - предупреждающе изрек тот, кто освободил меня от бывшего. – Ты как?

Глеб наклонился ко мне, подавая руку. Ухватившись за ладонь, я подтянулась и встала.

- Спасибо, - я попыталась сделать шаг и скривилась.

В рану попал песок и теперь раздражал ее, вызывая зуд. Глеб опустил взгляд на ногу, нахмурился и перевел на Стаса крайне суровый взгляд.

- Это не я, - проблеял парень. – И вообще, да пошли вы все!

Схватив брюки и рубашку, Стас ломанулся через кусты на полянку.

- Чего он к тебе пристал? – сурово спросил Глеб.

- Еще полгода назад я была его невестой, - с ухмылкой сказала я.

- А сейчас?

- А сейчас я здесь, а пьяный Стасик ушел за утешением к Лильке.

- Так я не вовремя? – удивленно уточнил Глеб.

- Очень даже вовремя. В одну реку дважды не входят, - изрекла я истину.

- Я так и понял, - усмехнулся Глеб. – Иди, помой ногу, а то заражение будет.

- Ага…

- Я тут, покараулю, а то вдруг он решит войти, - пробубнил парень.

- Войти? – сделав пару шагов к воде, я обернулась и удивленно уставилась на Глеба.

- Ну да, в ту же реку, - он подмигнул мне и уселся на небольшой валун, сложив руки на груди и глядя на гладь озера.

Я улыбнулась уголком губ и, развернувшись, вошла в теплую воду. Медленно отмывая грязную рану, морщилась, вычищая мелкие песчинки. Эх, как же меня угораздило? Ну почему в последнее время все хорошие начинания заканчиваются вот так? По щеке покатилась первая слезинка. О нет, рыдать я не буду. Выпрямившись, набрала в легкие побольше воздуха и кинулась в воду, погружаясь в озерную муть.

Сделав несколько уверенных гребков под водой, я вынырнула за несколько метров от берега. Дна не чувствовала, а потому, раскинувшись в позе «звезды», я смотрела на безупречно голубое небо. Первый раз за долгие месяцы я ощущала пусть и не полное счастье, но состояние очень близкое к нему. Вода тихонько колыхалась подо мной, а я, блаженствуя, качалась на поверхности.

Вдруг что-то мягко коснулось моей лодыжки. Охнув, я попыталась принять вертикальное положение, но вокруг ноги сомкнулась чья-то ладонь, утягивая меня на дно. В панике я вскинула руки, успела схватить глоток воздуха и ушла под воду. Перед взглядом мелькнуло мужское лицо. Бледное, с черными провалами вместо глаз. В ужасе раскрыла рот, выпуская пузырьки бесценного воздуха. В легкие проникла вода, я стала задыхаться и со всей силы барахтаться, вот только вместо движения вверх, получалось медленно, но верно, вниз.

И вот, когда паника накрыла с головой, и я готова была распрощаться с жизнью, что-то слегка шершавое дотронулось до поврежденной ноги, вызывая странную ассоциацию. Казалось, меня облизнул какой-то зверь. И сразу после этого меня будто выкинуло на поверхность. Не скрывая паники, я, что было сил, забарабанила руками по воде.

Спустя минуту сильные мужские руки обхватили меня за талию и потянули в сторону берега. Я, было, рыпнулась вырываться.

- Тихо, дурочка, утопишь и себя, и меня, - раздался злой голос.

Повернув голову, увидела Глеба, который, придерживая меня одной рукой, второй интенсивно греб. Через несколько минут он вытягивал мое вялое тело на песчаный берег.

- Ты чего? Плавать не умеешь? - спросил мужчина, с тоской смотря на свою левую руку.

Там были, скорее всего, недешевые часы. Кидаясь мне на помощь, он явно не успел их снять и сейчас осознавал их безвременную кончину.

- Умею, - насупилась я, вставая на карачки.

- Тогда чего тонуть начала? - Глеб с раздражением поднял на меня взгляд.

- Меня кто-то дернул за ногу, - пожаловалась я.

- Ага, водяной?! - с сарказмом уточнил мужчина.

- Дурак, - отмахнулась и все-таки встала.

Наклонившись, я в замешательстве смотрела на свою ногу.

- Сама дура, - огрызнулся Глеб. - Водяных и русалок не бывает, а больше тут никого кроме нас нет. Может, судорога?

В его голосе явно прослеживалась надежда на то, что я не до конца сумасшедшая.

- Может и судорога, - рассеянно согласилась я. - Только как ты объяснишь это?

Ткнув пальцем в собственную ногу, я выразительно посмотрела на Глеба. От царапины не было следа. Вообще ничего, даже белой полоски. Чисто, абсолютно...

- Э-э-э... - рассеянно выдал Глеб и перевел взгляд на тихую гладь озера.

- Вот и я так думаю... - прошептала я, озираясь по сторонам.

Справа, метрах в десяти от нас, колыхались заросли камыша, и при том, что стоял полный штиль. Я, было, дернулась посмотреть, что же там такое, но в последний момент передумала. Наклонившись к вещам, схватила полотенце и, замотавшись в него, сунула ноги в шлепки. Подхватив футболку и шорты, я в ожидании уставилась на Глеба, только сейчас отметив, что пострадали не только часы, но и его штаны.

- В машине есть запасная одежда, - усмехнулся он. - Если больше сегодня тонуть ты не планируешь, то до вечера хватит.

- Нет уж, больше не планирую...

***

Мы вернулись на полянку, где полным ходом шла сервировка импровизированного стола. Невдалеке, сидя на земле и зажав голову руками, сидел Стас. Неожиданно что-то создало слишком яркий блик и, защищаясь от света, я сощурилась, а когда опять взглянула на Стаса, обомлела. Мне показалось, что он весь опутан паутиной. Она, словно кокон, покрывала его с ног до головы. Не очень понимая, что и почему делаю, я протянула руку в его сторону и как будто ковырнула коготком этот кокон. Руку обожгло, с недоумением я уставилась на покрасневшую подушечку указательного пальца.

Неконтролируемая злоба, будто волна, прокатилась по телу. Сжав зубы, как была в полотенце, так и направилась в сторону Стаса.

- Ничего не хочешь мне сказать? – накинулась я на парня, когда между нами осталось не больше метра.

- Прости, - хрипло простонал он, не отрывая взгляда от земли.

- И все? – удивилась я.

- Я, правда, не понимаю, что со мной происходит. Рит, в последние дни я сам не свой. Ты снишься мне ночами. Когда увидел тебя сегодня… Понимаешь… Внутри все болит, тянется к тебе… И ревность…. Я никогда и никого раньше не ревновал, а сейчас с ума схожу. Мне сказали, что ты с Глебом…

- Я сама по себе, - тихо ответила, поражаясь откровенности Стаса. – И потом, у тебя же Лиля.

- Да… Лиля… Это все из-за тебя! – Стас вскочил и уставился на меня потемневшими глазами. – Почему ты тогда не приехала? Если бы тогда, на Рождество, ты была бы со мной, сейчас мы были бы муж и жена!

- Стасик, что происходит? – к нам почти бежала Лилька, прожигая меня ненавидящим взглядом. – Уйди от него! Тебе что, непонятно? Он не хочет тебя видеть. И вообще, имей приличия, что ты ходишь тут голая, предлагая себя на каждом углу!

- Сдурела?! – взвилась я. – На себя посмотри!

- Это ты мне?! – взгляд Лильки стал злым.

Губы побелели, руки сжались в кулаки, еще мгновение, и она готова броситься на меня, разрывая на много маленьких «Риток».

- Успокойтесь, девочки, - со спины подошла Настя и, судя по звуку шагов, не одна. – Глеб, уведи Риту. Лиля, приведи в чувство Стаса. А ты, друг мой, - елейным голоском обратилась Настена к Стасику. – Еще раз увижу рядом с Ритой, сама тебе все зубы выбью, понял?

Стас вздрогнул, перевел затравленный взгляд с Насти на меня и кивнул. Лиля подхватила его под локоток и увела в сторону просвета в кустах. Пусть вправит ему мозг!..

- М-да, Санта-Барбара какая-то, - едва различимо произнес Глеб. – Пойдем, переоденешься, а то уже холодает, - заботливо предложил он мне.

Кивнув, я направилась к машине Влада, где лежал мой пакет с вещами. Вернувшись на поляну, направилась в сторону озера, но не через кусты, а по тропинке, до которой в прошлый раз было лень идти.

- С тобой сходить? – крикнул вдогонку Глеб.

- Не-а, я быстренько, - махнув рукой, я подарила мужчине подобие улыбки.

- Если что, кричи! – усмехнулся он в ответ, после чего наклонился к мангалу, переворачивая шипящие шампуры.

Спустившись к воде, я сделала несколько шагов в сторону камышей, так, чтобы меня закрывали кусты, и принялась стягивать мокрый купальник. Я стояла спиной к воде, и меня не покидало ощущение, что кто-то пристально меня разглядывает. Сколько бы раз я не оборачивалась, за спиной была лишь тихая гладь воды. Натянув спортивный костюм и кроссовки, я сделала шаг в сторону камышей.

- Рит?! – раздался голос Насти. – Тебя там водяной не утащил? А то смотри, он любит тех, кто испытал несчастную любовь.

- Дурочка, - прошептала я. И уже громче: - Иду.

- Давай, а то от мяса останется только запах.

Выбравшись из кустов, я поспешила на полянку. Глеб уже занял мне место, и стоило только сесть рядом, как я получила в руки шампур с мясом и пластиковый стаканчик с ярко-красной жидкостью.

- Вино, - усмехнулся Глеб, обратив внимание на мой вопросительный взгляд.

- Ага, - кивнула я, отпивая сухое красное вино.

Пару раз я ловила на себе странный взгляды Стаса. На Лилю я не смотрела, а ухаживания Глеба были приятны, но и только.

Темнело. Вся компания переместилась к весело потрескивающему костру. Разговоры, шутки, кое-кто даже пытался петь. Лиля упрашивала всех поехать на дачу в дом бабушки Стаса. Садоводство и правда было в пяти километрах от полянки, но все всё равно бы не разместились в стареньком одноэтажном домике, поэтому на дачу поехали только Лиля со Стасом и Антон со своей девушкой. Остальные направились к машинам, по дороге определяясь, кто с кем поедет. Уже отходя с полянки, я кинула последний взгляд в сторону озера. Ощущение, что чьи-то глаза безотрывно за мной следят – не проходило.

- Рита, - сбоку раздался голос Стаса, и я замерла, вся подобравшись, будто сжатая пружина. – Я хочу извиниться.

- Ты уже извинялся, - напомнила я.

- Тогда это был не я. Рит… Короче, я хотел бы, чтобы мы все-таки остались друзьями. Давай так, если тебе понадобится машина или еще что-то, просто скажи. Хорошо? – он подошел ко мне и протянул руку.

Пожав плечами, я вложила свою ладонь и слегка пожала. Вторую руку я как бы невзначай положила на грудь Стасу, а потом, сама не знаю почему, смахнула невидимую пылинку. Именно так показалось всем, кто с интересом за нами наблюдал. На самом же деле я подцепила этот злосчастный клубок и, ухватив невидимую нитку двумя пальцами, слегка потянула. Кокон лопнул. Стас едва заметно покачнулся и, прикрыв глаза, глубоко вдохнул.

- Милый?! – тут же подскочила Лилька.

Кинув на меня испуганный взгляд, она поспешила увести Стасика в машину.

- Рит? – раздался голос подруги.

Настя положила мне руку на плечо, пытаясь привлечь внимание. Я же безотрывно наблюдала за тем, как тронулся джип Стаса, за рулем которого сидела Лиля, и как от него тянулась едва заметная белая нить. Разумеется, заметная только мне. Клубок разматывался…

- Все хорошо, - откликнулась я. – Вы довезете меня?

- Я довезу тебя, - с другой стороны отозвался Глеб. – Надеюсь, против «тойоты» ты ничего не имеешь?

Подарив мужчине одну из самых своих очаровательных улыбок, я помахала рукой Насте и Владу и направилась к серебристому металлическому авто, стоявшему в отдалении. Это был длинный и очень странный день.

 

Глава четвертая. Сон в осеннюю ночь.

 

Я проснулась, как будто меня кто-то толкнул. Резко сев, уставилась в стену напротив дивана. Вот уже месяц каждую ночь мне снится один и тот же сон. Сначала было забавно, потом дико, потом страшно, а теперь все равно... Просто хочется, чтобы все прекратилось. Я готова была на любой ужастик, лишь бы не видеть раз за разом этот тягучий кошмар. Говорят, есть «день сурка», у меня была «ночь сурка».

Месяц. Одно и то же… Я помнила этот сон до мелочей. И что самое забавное… Всю ночь я спала как убитая, а вот в предрассветных сумерках мое сознание погружалось сначала в серый туман, а затем я падала в воду. И там, в мутной жиже, я видела лицо мужчины с черными провалами вместо глаз. Он протягивал руки к моему лицу и, казалось, дотрагивался до висков. Тут же в моем сознании всплывала инструкция, что и как я должна сделать… И вот когда она заканчивалась, я просыпалась с мокрыми от слез щеками.

Снотворное не помогало. Алкоголь не помогал. Я пыталась изнурять себя нагрузками, но все повторялось с завидной регулярностью. Ночью – я спала, а под утро… М-да… А ведь все началось на следующий день после пикника.

Вечером, после посиделок у костра, Глеб привез меня домой. Мы сидели в машине около парадной и молчали. Я искала предлог, чтобы отказать ему в ночных утехах, а он искал повод уехать. В итоге первая не выдержала я:

- Глеб, понимаешь… - начала я.

- Рит, мне надо домой, завтра тяжелый день, - выпалил мужчина, а услышав мой облегченный выдох повернулся и пристально посмотрел на меня. – Я тебе не нравлюсь?

- Не в этом дело, - улыбнулась я. – Просто сейчас я не готова для любых, даже очень кратковременных отношений.

- Это из-за Стаса? – с прищуром уточнил Глеб.

- Нет, это из-за меня. Знаешь, для начала мне надо найти общий язык с самой собой, а уж потом с кем-то еще. Прости…

- Все хорошо, я буду рад, если ты позвонишь, - он протянул визитку с номером телефона.

- Возможно, - с легкой грустью улыбнулась я.

Открыв дверь и прихватив пакет, что стоял у меня в ногах, я поспешила вылезти. Затем наклонилась, помахала Глебу, подумала и послала воздушный поцелуй, мысленно пожелав ему удачи. После чего развернулась и направилась домой.

Не мое… Я четко это понимала, так же, как и то, что в таких случаях лучше даже не начинать. Пресловутая интуиция еще ни разу не подводила за последние полгода.

Уже дома я нашла бутылку красного вина в кладовке. Открыла и, наполнив обычный граненый стакан до краев, забралась на подоконник с ногами и занялась самым любимым делом в последнее время: созерцанием окружающего мира, самобичеванием и безмерной жалостью к себе «несчастной».

Ну почему? Почему я такая неправильная? Ну подумаешь, бросил парень? Подумаешь, нашел другую… Это же не повод ставить на себе жирный крест. Мама, узнав о случившемся, лишь посочувствовала, сказав: «Все к лучшему». По ее мнению, найти другого не проблема. А что если я не хочу? Вообще не хочу никого искать?

Допив залпом вино, я направилась спать. А утром первый раз проснулась, клацая зубами от страха. Разумеется, в то утро я все списала на алкоголь, мол, надо меньше пить.

Сон повторился на следующую ночь, и опять я попыталась найти этому разумное объяснение. На пятый раз я просто посчитала, что мне пора принимать успокоительное. Через две недели я пыталась просыпаться по будильнику, надеясь, что в этом случае сон не приснится. Ха! Приснился и закончился за секунду до веселого треска часов. Прошёл месяц, мое психическое состояние явно ухудшалось, я стала чаще разговаривать сама с собой. Стала избегать людей и в первую очередь Настю, которая, по ее мнению, желала вытащить меня из «депресняка».

Дважды звонил Стас. Он продолжал извиняться за пикник и желал загладить свою вину. Вот только встречаться с ним я не собиралась.

И вот прошел месяц. Закончилось лето, а вместе с тем и мое терпение. За окном моросил мелкий дождик, серые тучи не спешили уступать место сентябрьскому солнышку. Кутаясь в шаль, я сидела на подоконнике и пила уже остывший кофе. Нет! Так больше продолжаться не может:

- Хорошо, - процедила я сквозь плотно сжатые зубы. – Я сделаю так, как ты хочешь, но если после этого ты не оставишь меня в покое…  Я сама себя запру в сумасшедший дом!

Кому и почему угрожала, не понимала, но почему-то стало легче. Сползая с подоконника, я расправила плечи и потянулась к телефону. Раз решила, откладывать не стоит. Лучше все сделать сегодня, какими-бы идиотскими не казались мои поступки.

- Стас? – спросила, хотя прекрасно слышала его голос в телефонной трубке.

- Рита?! – растерянно переспросил он. – Что-то случилось?

- Да, то есть, нет. Помнишь, ты говорил, что если мне понадобится машина, я могу ее взять?

- Да, конечно, куда тебя отвезти? – тут же переспросил мужчина.

- Нет. Стас, я бы хотела взять машину. Мне надо съездить за город. Просто хочу прогуляться… - произнесла я.

По моему мнению, все было логично. Сегодня пятница, ранее утро, все нормальные люди едут на работу, я же могу себе позволить прогуляться.

- Хорошо… - рассеянно ответил Стас. – Ты сможешь подъехать к гаражу?

- Да, конечно, буду через час. Удобно?

- Да, - ответил мужчина.

И тут, на заднем плане, в квартире Стаса раздался визгливый голос Лильки:

- Это кто звонит?! Это твоя шалава? Что ей надо?! Когда она оставит тебя в покое?

- Ритуля, я жду тебя у гаража, - произнес Стас и отключился.

Я стояла, смотрела на телефон, издающий короткие гудки и мои губы растягивались в злобном оскале. Тварь… Она еще пожалеет, что вообще со мной связалась. Медленно прикрыв глаза, я вдохнула и выдохнула. Вспышка злобы прошла, на ее место пришла обычная для моего существования апатия.

***

Через полтора часа я стояла у гаража и наблюдала за тем, как Стас выруливает на автомобиле, смотря то в правое, то в левое зеркало.

- Рит, там полный бак, ты далеко поедешь? – спросил мужчина, выходя из машины и протягивая мне ключи.

- Нет, в сторону твоей дачи, - уклончиво ответила я.

- Может, заедешь, посмотришь, все ли мы там закрыли тогда? С тех пор так ни разу и не ездили. Лиле там не понравилось, - пожаловался Стас.

- Конечно, не понравилось, это же дача, а не коттедж, - усмехнулась я. – Хорошо, заеду. Тебе когда машина нужна?

- Желательно послезавтра утром.

- От меня заберешь? – спросила я.

- Конечно, заберу, - тут же согласился Стас, едва заметно улыбнувшись. – Рит?

- Все, мне пора, до послезавтра, - выхватив ключи, я залезла внутрь кабины и стала подгонять под себя сиденье и зеркала. – Документы?

- В бардачке, - сказал мужчина, глядя на меня взглядом побитой собаки.

Прищурившись, посмотрела на него сквозь ресницы. Кокона не наблюдалось, а вот пару новых ниток, обвившихся вокруг запястий и горла, отчетливо увидела. Сначала хотела снять, но потом решила, что это не мое дело.

- Рит? – позвал Стас, когда я завела двигатель.

- Прости, мне пора, до послезавтра, - после чего тронула автомобиль.

Стараясь не смотреть в зеркало заднего вида, я вырулила на дорогу, а проехав пару перекрестков, остановилась. Руки слегка подрагивали, а в душе боролись две сущности. Одна тянула обратно и требовала снять нити, вторая же шептала, что это не наше дело. У нас, мол, и так сон дурацкий, нам и так проблем хватает. Победила вторая, напомнив о том, что я уже месяц нормально не спала.

Взяв телефон в руки, я стала листать адресную книгу. Пора было вспомнить о давней знакомой, с которой в свою бытность познакомила бабуля. Галя была хорошей девушкой, работающей на станции переливания крови, и именно к ней мне было нужно. Судя по четкой инструкции из сна, без одного ярко-красного атрибута мне не обойтись.

- Галюнь, привет, - произнесла я, как только на том конце раздалось «алло».

- Рита?! Это ты?! Ритук, ты как? Ты почему не звонишь? Я же волнуюсь! – затараторила Галя, чем вызвала во мне легкий ступор.

- Галь, я хорошо. Вот готовим для друзей розыгрыш, поможешь? – с места в карьер начала я.

- Ага, а что надо? – тут же отозвалась подружка.

Более бесхитростного и отзывчивого человека этот город не знал. Жаль, когда на моих глазах мужики пользовались Галиной добротой, я ничего не могла сделать. И вот теперь сама пользуюсь этим же приемом. На душе заскребли кошки.

- Галя, у тебя есть просроченная кровь, которую ты не списала? – набравшись смелости и придушив совесть, поинтересовалась я.

- Конечно, есть, - ответила подруга. – Я в сутки по несколько галлонов списываю. Ты же знаешь, срок годности минимальный, а у нас далеко не вся кровь нужна.

- Знаю, - отозвалась я. – Поделишься?

- Рит… - начала Галя.

- Обещаю, все прилично, и никто не узнает, - тут же перебила я подругу, чуя, что она колеблется.

- Хорошо, приезжай. Только живо, я через час должна закончить утилизацию.

- Буду минут через двадцать, - сказала и отключилась.

***

Я шла по полутемному коридору пятого больничного корпуса. В конце брезжил свет и именно там был Галин кабинет. Неожиданно открылась дверь слева, больно ударив меня по плечу, и оттуда выскочил мужчина. Заметив меня, он резко притормозил.

- Маргарита?! – удивлённо спросил мужчина.

Подняв взгляд, в недоумении уставилась на человека в белом халате. Он чуть повернулся, и отблеск света осветил лицо.

- Ярослав? – едва разлепив губы, спросила я.

- Ага, я, – улыбнулся врач. – Ты чего тут бродишь? – спросил он.

Я смотрела на врача, который констатировал бабушкину смерть и в ту же ночь помог мне выбраться из ситуации по обвинению в распространении наркотиков, и улыбалась. Мир тесен, и столкнуться с ним здесь, было для меня самым неожиданным.

- Иду к подруге, - созналась я.

Ярослав повернул голову и посмотрел в конец коридора, после чего подарил мне улыбку и подмигнул:

- Надеюсь, Галя и правда твой друг. А то знаешь… Я уж подумал, ты пришла кровь сдавать. Рита, у тебя все хорошо? – спросил мужчина.

- Да, спасибо, все прекрасно, - выдавила из себя я.

В этот момент дверь в конце коридора полностью распахнулась и из нее выглянула пышнотелая Галя.

- Ритка, ты, что ли? Ой, Ярослав, - заметив мужчину, пискнула Галя. – А мне как раз нужно к вам. Минутку...  – замялась подруга. – Рит, иди сюда, посидишь в кабинете, пока я документы отнесу.

Подарив мужчине грустную улыбку, я помчалась к подруге.

- Рит, - прошипела Галя. – У меня отчет и мне срочно надо к Ярику. Вон в той комнате списанная кровь. Возьмешь два пакета, думаю, больше тебе не надо. Остальное кинь в утилизатор и запусти его. Справишься? – я кивнула. - Закроешь комнату, а ключ положишь сюда, - Галя ткнула на шкаф. – Он закрывается автоматически. Потом, выходя отсюда, просто захлопнешь дверь. Все, милая, мне пора. Я тебе позвоню и в выходные заеду.

Галя чмокнула меня в щеку и, подхватив кипу бумаг, понеслась к Ярославу. Врач стоял в коридоре и ждал девушку. Подхватив мужчину под локоток, пышнотелая дева увлекла его дальше по коридору. С минуту я слушала стук удаляющихся шагов, а затем нырнула в лабораторию.

В этот раз было приготовлено больше десяти пакетов на уничтожение. Придушив совесть, я взяла черный пакет и сгрузила туда шесть упаковок. Почему столько, я не знала. Но проклятущая интуиция говорила именно о таком количестве. Остальные пакеты я запихнула в камеру и, закрыв крышку, включила утилизатор. Черный пакет не просвечивал, и я, не опасаясь, что меня могут задержать, выполнила инструкции Гали и покинула больничный корпус.

Уже подходя к стоянке, на которой стоял джип, я обратила внимание на магазин. И опять-таки, странное ощущение внутри меня потянуло в него. Через полчаса к черному пакету в салоне машины присоседился белый, в котором было несколько пачек пресловутого «доширака», чай, сахар и еще кое-что по мелочи. Сев за руль, я завела двигатель и, восстановив дыхание, отправилась в путь.

***

Пятница, час дня. Сквозь серые тучи еле заметно проглядывало солнце. Дождик перестал, и асфальт практически высох, но я ехала, четко соблюдая скоростной режим. Меня обгоняли блестящие своей вызывающей чистотой иномарки, я же время от времени обгоняла фуры, спешащие в глубь нашей, практически бескрайней, родины. Лес едва заметно окрасился первыми желтыми листочками. По полю стелился сыроватый туман, будто намекая на то, что долгожданного «бабьего лета» в этом году уже не будет.

Свернув с основной трассы на ровную, но абсолютно пустую дорогу, я снизила скорость, приоткрыла окно и вдохнула полной грудью. Да, сырость, легкий запах гнили и тлена… Осень…

Добравшись до нужного поворота, я остановилась на обочине и, положив голову на руки, которыми держала руль, еще раз прислушалась к себе.

- Если сейчас там никого не будет, то прямо отсюда я поеду в дурдом, - прошептала я.

Повернув голову и убедившись, что на дороге так и не появилось ни одной машины, я свернула на узкую колею. В августе тут было буйство цветов и пение птиц, сейчас же слегка вязкая от грязи дорога, пожелтевшие кусты и подозрительная тишина. Последнюю нарушал шум двигателя. Дорогая виляла, будто специально была проложена партизанами. За очередным, достаточно крутым, поворотом показалась знакомая полянка и ряд поредевших деревьев. Там, за ними, поблёскивала водная гладь озера.

- Прибыли, - непонятно кому сообщила я и, выключив двигатель, выбралась наружу.

Ноги тут же ощутили вязкость почвы, и я искренне пожалела, что не взяла резиновые сапоги. Ну вот, настал момент истины. Или я все это время слышала призыв странного существа, или я - сумасшедшая. В первом случае придется признать, что я все-таки ведьма, а во-втором… Да, как бы ни было жаль, но во втором придется признать, что я сумасшедшая и мне нужна квалифицированная помощь. Мне казалось, я была готова к любому исходу. Вот только…

Медленно, обходя лужи, я направлялась к камышам, что шуршали на ветру. Вот место, где я в тот день переодевалась. Случайно повернув голову в сторону желтого куста, я застыла с удивленно распахнутыми глазами. Под ветками, наполовину засыпанные коричневыми листиками, валялись мои шлепки и вверх от купальника. Вот же ж!..

Протянув руку, я дотронулась, чтобы убедиться, что это не сон. Растеряша! Вечно все и везде забываю! Увиденное придало смелости и сил. Уже более твёрдым шагом я прошла дальше к камышам, в этот момент сильный ветер пригнул заросли, и я во все глаза уставилась на тело мужчины. Он лежал лицом в воде, а вот ноги покоились на берегу.

- Черт! Черт! Черт! – простонала я, закрывая руками лицо. – Ну почему я не сумасшедшая? Черт!!!

Плюнув на траву и расправив плечи, я развернулась и направилась к машине. Раз эта часть инструкции полностью совпала, то для дальнейшего собственного спокойствия самое время исполнить и вторую часть.

Сев за руль и заведя двигатель, я пару раз глубоко вдохнула, а потом, развернув автомобиль, постаралась максимально близко подъехать к воде. Все более чем очевидно. Данное тело надо было запихнуть в машину и отвезти туда, где провести, скажем так, «обряд». Тьфу, что за слово-то такое, дурацкое! Эх, такое же, как и моя жизнь.

Я вышла из машины и направилась к камышам. Сморщилась от того, что наступила на не очень прочную ветку, она сломалась под ногой, и в кроссовок тут же попала грязная, жижеобразная вода. Интересно, почему в жару мы радуемся любой влаге, а сейчас все это вызывает лишь дикое чувство омерзения? Эх, не до философии…

Нагнувшись, ухватила тело за ноги и потянула на себя. На удивление оно легко поддалось, и я плюхнулась на пятую точку исключительно по инерции. Штаны тут же намокли, и мне показалось, что скрежет моих же зубов многократно отразился эхом.  Мысленно выругавшись, поднялась и, в положении скрученной карги, потянула тело к машине. Спина заболела так, что на глаза навернулись слезы, но я не обращала внимания. Все ради комфортного сна!

Если мне казалось, что тащить мужика было тяжело, то я ошибалась. Как только встал вопрос о том, что его надо поднять и запихнуть в багажник... Во-первых, он был тяжелым, во-вторых, скорее всего, мертвым, а в-третьих, очень грязным.

Допустим, с химчисткой салона автомобиля я уже смирилась. С тем, что занимаюсь какой-то ерундой – тоже… Но я собиралась везти явный труп на дачу своего бывшего жениха. Что это, как не месть? Губы расплылись в злорадной усмешке. Откуда-то взялась сила, и я, помогая ногами, запихнула-таки тело в багажник. Отметив, что лицо мужчины было таким грязным, что невозможно было определить степень его уродства.

- Я точно сумасшедшая… - простонала, разглядывая грязные джинсы и куртку, про кроссовки лучше не вспоминать, они точно на выброс.

Забравшись в машину, еще раз кинула взгляд назад, отметила, что мужик лежит, не шелохнувшись, с грустью вздохнула и завела двигатель.

До дачи Стаса было подать рукой, а главное, никаких контрольно-пропускных пунктов. Через двадцать минут я открывала ворота. Еще час ушел на то, чтобы найти ключи, которые были закинуты под порог бани. Открыть дом, поежиться от холода, перевести дух и перетащить тело мужчины внутрь.

Включив электричество, я активировала насос подачи воды. Через несколько минут с полным тазом ледяной жидкости я стояла перед развалившимся на полу мужиком и смотрела на эту грязную «замарашку». Ну почему я такая неправильная? Вместо того чтобы вызвать полицию, ну скорую помощь на крайний случай, я продолжаю следовать строго инструкции, пришедшей во сне. Почему? Да потому, что он оказался в тех зарослях, а ведь его могло бы там и не быть!

- За что?! – простонала я.

Опускаясь на карачки перед явным трупом, старым полотенцем попыталась отмыть его лицо. Бледный, глаза закрыты, холодный и худой. Страшный? Нет, скорее противный…

- Я точно проклята…

Закончив с отмыванием, вернулась к машине и достала оба пакета. Вернувшись в комнату, отметила, что мужик так и не шелохнулся. Разумеется, я пыталась найти у него пульс. Пульса не было, сердце не билось, дыхание не прорывалось сквозь противно грязные ноздри.

- Осталось чуть-чуть и я буду свободной…

Подтянув вешалку из коридора, я прилепила к ее рогам первый пакет с кровью. А вот теперь самое важное. Достав из кармана перочинный ножик, я полоснула себя по пальцу. Протянула пораненную конечность к его лицу и, обведя ей по его синим губам, произнесла:

- Живи. Хочу, чтобы ты жил. Хочу, чтобы ты дышал, - потом на мгновение остановилась, смутилась, резко выдохнула и продолжила: - Истаркари касути, касути веды, лати веды, ведит ит вас. Касути ит вас. Твирти…

Губы мужчины дрогнули и слегка приоткрылись. Я вздрогнула и подалась назад, но его рука сомкнулась вокруг моей пораненной конечности. Он удержал меня на месте.

- Твирти? – едва различимо произнес он, не открывая глаз.

- Твирти ведит, - закончила я.

Несколько капель моей крови упали в его приоткрытые губы. Затем я выдернула свою конечность и встала. Пододвинув вешалку с пакетом крови, я опустила вниз пластиковый провод, по которому уже сочилась кровь. Вздрагивая от омерзения, я сунула конец провода в рот мужика.

- Вампир чертов, - пробурчала я, отходя на пару шагов.

Жидкость в пакете исчезала мгновенно, по помещению разносился хлюпающий звук. Я стояла и радовалась, что до сих пор ничего не ела, ибо от омерзения желудок норовил выкинуть из себя хоть что-то, но, увы, в этих позывах ему не везло.

- Еще… - раздался куда более четкий и требовательный звук.

Мысленно выругавшись, я повесила второй пакет. Затем был третий, а потом мне это надоело.

- Значит так, можешь оставаться тут до апреля. Весной, чтобы духа твоего не было. Твою инструкцию я выполнила в точности, я требую, слышишь… Требую, чтобы ты оставил в покое мои сны. Они мои! – рыкнула я. - В коридоре продукты, тут еще три пакета крови. Если еще раз, я увижу тебя в своем сне, убью… - прошипела я. – Сделай так, чтобы мои ночи стали спокойными…

Сказав последнюю фразу, я развернулась и ушла. Подойдя к машине, я уселась за руль, еще раз кинула взгляд на дом и, надавив на газ, вырулила на улицу.

Плохо помню, как добралась до дома. Вроде бы отмокала в ванной, но потом точно ушла спать. Первый раз за этот месяц мне не снилось ничего. Утром я проснулась и с грустной улыбкой уставилась в потолок.

- Все кончилось, - прошептала, закрывая глаза. – Я сделала это…

 

Глава пятая. Лучше бы убил.

 

Продолжение на "Призрачных мирах"

Купить книгу

Доступные форматы: FB2, ePub, PDF, MOBI, AZW3

 


4947 просмотров

Категории: Законченные произведения


Комментарии

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи!

Войти на сайт или зарегистрироваться, если Вы впервые на сайте.


Анастасия

Книга интересная,но жаль что так быстро кончилась. Немного спутанный конец. В целом мне понравилось.

13.02.2017, 12:09

Ирина

Очень увлекательно. Сюжет стремительно развивается и затягивает. Невозможно оторваться. Спасибо автору.

05.07.2016, 16:28

Готовый сайт из галереясайтов.рф